Второе испытание
Шёл второй день десятки, и впереди меня ждала организация несчастий для одной из фавориток Отбора — а заодно и для моей не слишком близкой знакомой из прошлого.
Жизель Мукс…
Именно её мать, Женевьева, вышла замуж за бывшего ухажёра моей матушки, и с тех пор они, мягко говоря, не ладили.
Жизель училась в академии на год младше меня, на факультете зельеварения, и так же, как я, и как Аделаида Кейн, сейчас считалась настоящей старой девой.
Я была искренне удивлена, увидев её так высоко в списке фавориток.
Четвёртое место! И всё потому, что она сравнительно быстро нашла принца, в отличие от многих других.
Это означало, что у Жизель высокая совместимость с кронпринцем — так же, как у Лианны Бэар, Селины д'Авелин и ещё нескольких девушек.
Но ведь и я чувствовала его запах... так близко!
Означало ли это, что и у меня с Каэлисом Арно хорошая совместимость?
Нет смысла думать об этом.
Жизель появилась на главной площади раздражённая и очень злая — неудачи наверняка уже начали с ней происходить.
Подол её платья был разорван, на нём — грязные пятна, само платье смялось, а зонтик, под которым она планировала укрываться от солнца, сломался с одного конца.
Грустненько.
В противоположность мрачнейшему настроению леди Жизель Мукс, погода сегодня была прекрасной. Порт Равинье сиял в полуденном свете — невысокие дома с резными ставнями и оранжевой черепицей теснились у мощёных улиц, залитых солнцем. На рыночной площади, окружённой каменными фасадами с балкончиками, шумел небольшой рынок.
Под парусиновыми навесами торговали сыром, вяленой рыбой и вишнями в плетёных корзинах. Дамы в кремовых муслиновых платьях с лентами на локтях прогуливались под кружевными зонтиками, а господа в сюртуках и треуголках оживлённо обсуждали последние политические слухи.
Жизель пришла именно сюда — точно так же, как вчера пришла леди Нули Зарет, одна из участниц, сильно отстающих в Отборе.
Леди Зарет мне было очень жалко. Она тогда поскользнулась и упала, потеряв при этом свои монеты. К несчастью, случилось это как раз у края дороги, по которой сновали всадники и проезжали коляски.
А кони, увы, часто оставляли на мостовой далеко не самые приятные… следы.
В итоге леди Зарет вышла к рыночной площади заплаканной, бесконечно тёрла лицо, по которому потекли румяна и белила. Я едва смогла провести повторный ритуал на неудачу — как по мне, девушка уже была морально уничтожена. К тому же у неё не осталось денег. Юной даме не дали даже одного мандарина бесплатно.
