– Доверяй, но проверяй, – заявил Михаил, – садись, Зина.
– Теперь, когда мне удалось сдать экзамен на порядочность, объясните, пожалуйста, что происходит, – попросил я.
– Иван Павлович, не обижайтесь, – заплакала Маркина, – я в ужасном положении. Просто в кошмарном. Сегодня Тимоша!.. Ой, не могу!
– Зина, не накручивай себя, – сурово приказал врач, – ты уже проходила через подобное, должна понимать: все лечится. Сейчас в моем распоряжении новые мощные средства. Нет повода для истерик, паники. Надо все рассказать детективу.
– И как он Тиму от беды избавит? – пролепетала Маркина.
– Ты объясни ситуацию, – велел врач, – а я потом сообщу свои соображения.
– Готов выслушать вас, – пообещал я.
Зинаида Тимофеевна поежилась.
– Сейчас, только с мыслями соберусь.
Дверь кабинета открылась, появился молодой мужчина с подносом.
– Спасибо, Федя, – поблагодарил Бронкин.
Служащий поставил на длинный стол чашки, чайник, вазочки с печеньем и конфетами.
– Давайте переместимся, – улыбнулся Михаил, – там удобнее чай пить, да и разговаривать комфортнее.
Глава 29
– Иван Павлович, какие мысли пришли вам в голову, когда вы ехали от ворот к корпусу? – поинтересовался доктор, подавая мне чашку. – Только откровенно.
– Пожалел, что вчера в магазине поддался на уговоры продавщицы и приобрел ботинки размера сорок три с половиной, а не сорок четыре, которые всегда покупаю, – мигом соврал я, – трудно отказать молодой девушке, которая бегает с башмаками вокруг тебя. А туфли-то сейчас жмут. Хорошее воспитание не всегда идет на пользу его обладателю.
Михаил Аркадьевич засмеялся:
– Вы молодец. А что пришло в голову при взгляде на территорию центра?
– Навряд ли здесь занимаются только психологической разгрузкой, – сказал я, – скорей уж это психиатрическая клиника, лечебница для наркоманов-алкоголиков. Забор с колючкой, шлагбаумы, профессиональная охрана… Зачем все это для лечения трудоголика, у которого от обострения перфекционизма случился нервный приступ? Похоже, тут под круглосуточным наблюдением находятся агрессивные, склонные к побегу граждане, которых ограждают от посетителей с подарками в виде маленьких пакетиков с белым порошком или от тех, кто приносит ампулы, бутылки.
– Мой сын не употребляет бесконтрольно лекарства, он даже не курит, – взвилась Зинаида, – и водку у нас дома не держат.
– Некоторые представители рода человеческого обожают коньяк, – усмехнулся я. – Если Тимофей не пьяница, не любитель наркотиков, тогда остается психиатрия.
