К дому я подъехал ближе к ужину и, остановившись у подъезда, позвонил Борису, попросил его спуститься, потому что в одиночку не мог унести все, что привез. Вскоре помощник оказался у джипа и не смог скрыть удивления:
– Иван Павлович, у вас был день больших покупок?
– Верно, – согласился я, – давайте поднимем все в апартаменты.
Мы оттащили наверх коробки, пакеты, свертки и сложили все в холле.
– Что это? – полюбопытствовал помощник.
– Тренажер для плавания, автоматическая массажная конура, антистрессовая одежда и обувь, лечебное питание.
Борис весело улыбнулся.
– Иван Павлович, мне тут недавно рассказали прекрасный анекдот. Если врач сообщил вам: «Жить осталось не более месяца…»
– Оптимистичное начало, – хмыкнул я, снимая ботинки, каждый из которых словно центнер весил.
– Если доктор произнес такое, – продолжал батлер, – как поступит американец? Он напишет завещание. А француз? Тот отправится к любовнице, русский выпьет стакан водки, немец… Рассудительный, не склонный к панике бюргер просто найдет другого врача.
– Правильно, – согласился я, – полностью солидарен с ним.
– Значит, не надо впадать в уныние, – залопотал батлер, – что бы и кто бы вам ни сказал по поводу…
– Боря, все, что я привез, предназначено для Демьянки, – остановил я помощника, – у меня проблем нет.
– Отличная новость, – обрадовался Борис, – но и собака с виду в добром здравии. Ушами только потряхивает. Зачем ей тренажер, массажер?
– Давайте попьем чаю, – взмолился я, – вроде вы кекс пекли.
– Его Демьянка ополовинила, – напомнил Боря.
Я махнул рукой.
– Пустяки, отрежу обгрызенный край и доем остальное. Только сейчас понял: очень хочу попробовать ваш маффин.
– Иван Павлович, я успел испечь новый, – обрадовал меня помощник.
– Спасибо, – поблагодарил я и направился в столовую.
– Похоже, вы устали, – заметил Борис, шагая следом, – прямо осунулись.
– Все в порядке, – сказал я, вошел в комнату и увидел, как со стола соскользнула тень и бросилась под софу.
– Демьянка! – рассердился помощник.
– Нет, вы только полюбуйтесь! Она и от нового кекса успела немалую часть отгрызть. А ну, вылезай из-под дивана! Немедленно! Тебя следует наказать.
Мне стало смешно.
– Боря, собака не виновата. Ваш кекс издает такой аромат, что псинка не может удержаться от разбоя. И если бы меня обещали наказать за воровство, то ни за какие пряники я не высунулся бы из укрытия.
– Чавк, чавк, – донеслось до моего слуха.
– Она за щекой унесла немалый кусок! – всплеснул руками Боря.
