Теперь смотрите.
Боря развернул ко мне ноутбук экраном.
– Перед вами фото.
– Красивое, – оценил я снимок. – Это какой-то магазин?
– «Ле Бон Марше» в Париже, – просветил меня батлер, – один из самых дорогих торговых центров столицы Франции. А вот снимок из «Фейсбука» Аллы.
– То же фото! – воскликнул я.
– Верно, – согласился Борис. – А какой текст под ним?
Я прищурился и начал читать:
– «Конечно, многим покажется странным, что после рабочего дня, просмотрев массу образцов и получив головную боль от финансовых расчетов, я вместо кафе потопала в «Ле Бон Марше».
Ну зачем уставшему от разглядывания гор шмоток байеру опять идти на них любоваться? Объяснить не могу! Я обожаю вещи, обувь, сумки, бижутерию. Да, да, я шопоголик. И поэтому приложила массу усилий для того, чтобы получить свою восхитительную профессию. Как-нибудь расскажу вам, что надо преодолеть девушке, чтобы попасть в прекрасный мир фэшн и стать там авторитетом. Но это потом. А пока полюбуйтесь на «Ле Бон Марше».
Да здесь не один снимок!
– Точно, – кивнул Боря, – мне пришло в голову проверить другие фото. Ну, может, Алла решила по-тихому стащить один снимок. В журнале опубликован большой материал о торговом центре со снимками. Алла «стянула» из глянца лишь один. Но и остальные фотографии для своей страницы она берет в интернете. Понимаете?
– Может, Алла не умеет фотографировать, – предположил я, – и поэтому без стеснения использует чужие работы?
Боря включил чайник.
– Я не поленился это проверить. Все ее материалы такие! Они из разных мест.
Я отвернулся от ноутбука.
– В «Фейсбуке» полно людей, которые дают о себе ложную информацию, вы сами об этом не раз говорили. Давайте вспомним дело Георгия Николаева. Тот изображал из себя в соцсетях владельца крутой фирмы. И что выяснилось? Парня там даже близко никогда не видели, в реальности он работал на почте, принимал посылки.
– В Сети много вранья, – согласился Борис, – я продолжил дотошно изучать страницу Ватутиной, еще раз перечитал ее переписку с Тимофеем и зацепился взглядом за слово «кофе».
В моем детстве «кофе» имел строго мужской род: он – кофе. Если школьник употреблял средний: оно – кофе, то он мог получить плохую отметку. А сейчас узаконено, что «кофе» может быть любого рода, кроме женского, разумеется. Алла на открытой странице всегда пишет «он». «Мой кофе», «Прекрасный кофе подают в булочной Муло».
