Аневризма головного мозга. Никто о ней не знал. У Левушки никогда ничего не болело.
– На похоронах народу собралось прилично, – подхватила Варвара Петровна, – у Левчика много друзей было. Катя в шоке, вся семья Кизяковых в ступоре. Мне пришлось процессом рулить. Когда гроб землей закидали, я увидела девушку, вроде лицо знакомое, а вроде нет. Знаете, кое у кого бывает такая внешность, что кажется, будто вы где-то встречались. Я бы не стала к ней подходить. Но живот! Месяц восьмой, наверное. Стоит одна! Я к ней бросилась.
– Вы невеста Левы?
Девушка на меня посмотрела, взгляд был такой странный, потом выдохнула:
– Да!
Я ее обняла.
– Деточка, у тебя есть родители?
Она мне:
– Нет. И никого нет.
Я ее к Кате подвожу.
– Вот! Девочка Левы. Одна живет.
Катюша как зарыдает.
– Господи! Поехали к нам.
Незнакомка молча кивнула.
После поминок мы из кафе приехали к Кате. Наташу, так беременная назвалась, спать уложили, утром стали ее расспрашивать. Девочка была крайне немногословная. Отделывалась междометиями.
Потом сказала:
– Если вы меня к себе приглашаете, то мне надо с квартирной хозяйкой рассчитаться.
И смотрит на нас.
– Сообразила я, что денег у нее нет, – снова включилась в беседу Екатерина, – тихонечко спросила: сколько тебе надо?
Она назвала сумму.
Я сунула ей в сумочку деньги, попросила:
– Рассчитайся и возвращайся. Там больше, чем за квартиру отдать надо. Возьми такси, не неси сумку с вещами в руках.
Она ушла и не вернулась.
– Мы начали искать Наташу, – всплеснула руками Варвара, – но потерпели фиаско.
Никто из друзей Левушки о ней не слышал. Фамилии не знали. Адреса нет. Тупик.
– Спустя месяц раздался звонок, – продолжала Екатерина, – голосок тоненький: «Если хотите забрать свою внучку, то она у вас под дверью». Я бегом в прихожую, открываю створку. Матерь Божья! Лежит кулек на коврике. Взяла я ребеночка в дом, разворачиваю. Девочка закутана в какую-то рванинку. И справка о рождении. Мать – Гончарова Оксана Сергеевна. Представляете?
– Вот когда я поняла, почему мне ее лицо знакомым показалось, – воскликнула Варвара.
– Оксанка! Дочь Сергея! А мы ее мертвой считали.
– Странно, что вы дочь лучших друзей не узнали, – не удержался от замечания Боря.
– Роберт и Василий весь день с Сергеем проводили в лаборатории, – объяснила Екатерина, – даже если уважаешь, любишь человека, все равно устаешь от общения. Мы редко домой к Гончарову ходили.
– Ой, да ладно тебе бантиками правду разукрашивать, – отмахнулась Варвара.
