Так что напитанные силой костяные конструкты, каждый из которых не уступал размером княжичу Оболенскому, шли в бой, затянутые в родовую форму Афеевых.
Впрочем, боем это было назвать сложно. Сандал метался из одной точки в другую, пытаясь отыскать тех, кто станет сражаться. Но офицеры Третьего отделения, в основной массе предпочитали сдаваться. С одной стороны, они толком не понимали, что происходит — даже те, кто служил Хранителям, сейчас должны были быть растеряны. Их никто не инструктировал и не предупреждал о возможном штурме.
Из-за чего они и не понимали, как стоит себя вести и с чем связана внезапная атака.
Когда автомобиль, под управлением Прохора, лихо затормозил около ворот главного входа, практически всё было кончено. Я проскочил мимо замерших около входа гвардейцев и устремился внутрь. Один из них, в форме Волконских, было двинулся навстречу, скорее всего собираясь поинтересоваться кто я такой и что тут делаю. Но увидев, как слитным движением отсалютовала четвёрка некроконструктов Леры, в чью голову был вбит мой образ, вернулся на место.
Я же быстрым шагом двинулся к северному корпусу, в котором располагался департамент по особым делам. Это его офицеры преследовали меня в Амурской области. Они же контролировали лечебницу, в которой держали Шуйского и массу других смертных, которые официально считались пропавшими без вести.
Именно сюда направились наши основные ударные силы — княжичи Оболеский и Шуйские, Лера с Жориком и ударная группа гвардии Рюриковичей. Плюс, конечно же, Сандал.
Но против ожидания, всё обошлось малой кровью — лишь двое из офицеров оказали сопротивление и были убиты на месте. Все остальные предпочли сдаться.
Я взбежал по ступеням на третий этаж, где ждали все остальные. Странно всё это. Не вязался образ кровожадного и всесильного Третьего отделения, могущего выпотрошить любого патриция, что не дотягивал по влиянию до князя, с лёгкостью штурма. Да и слово «штурм», пожалуй вовсе не подходило для происходящего. Гвардия просто вошла внутрь и взяла всё под контроль.
Оказавшись на третьем этаже, я добрался до холла, в который как раз вывели главу департамента Третьего отделения, тайного советника Брыльского. Сандал показал мне мордатого смертного, на чьих руках уже красовались блокираторы, а через мгновение я уже лицезрел его своими собственными глазами, остановившись рядом с Лерой.
Жрица быстро глянула на меня и я уловил в её взгляде сомнение. Понимаю. Мы готовились к жестокой схватке, не на жизнь, а на смерть.
