А то знаешь ли… — хотел еще что-то сказать, но быстро взял себя в руки. — А если не знаешь, то узнаешь, все, бывай!
Он быстро вытолкнул меня из кабинета и закрыл дверь. Я свое магией могу примерно понять, что тот считает сейчас деньги. Как я это могу понять? На деньгах есть пыль… И это некоторая конструкторская деятельность, когда я моделирую в своей голове пространство с помощью своего Дара."
"Я понимал, что меня сегодня поимели, и в жесткой форме, но не расстроился. Зачем? Я в жизни был очень и очень не бедным человеком, так зачем мне переживать за такие копейки? В любом случае, я справлюсь, а вот этот чиновник… даже не знаю.
Например, у него на потолке под панелями проходит труба, по которой стекают все нечистоты из уборной на третьем этаже. Завтра утром ее прорвет. Чисто случайно, ведь он вся проржавела, а они вовремя не заметили, и весь кабинет… Затопит…
Ну, а что с ним будет дальше? Я даже не знаю… Посмотрим на его поведение и на мои новые возможности.
Выходя из здания, я направился прямиком в небольшой центральный парк, где нашел продавца хот-догами и купил себе сразу три штуки.
Организм развивается, и голод все чаще застает меня в городе. Здесь была неплохая атмосфера. Птички поют, что помогало мне думать.
— Закурить есть? — подошел ко мне небритый мужик.
Неужели, проблемы нашли меня так быстро?
— Не курю, — отвечаю ему и готовлюсь, если нужно, применить силу. По пояс забетонирую, если это наезд.
— Бляха… Да что вы все такие спортсмены, — на мое удивление, он не стал быковать, а лишь расстроился.
— Один раз забыл спички дома, и все. Весь город бросил курить.
— Тебе того же советую.
Мужик махнул на меня рукой и пошел дальше.
Я обманул… Думать я начал лишь после третьего хот-дога. Интересно, почему такое странное название? Ай, не о том я думаю. Нужно понять, где мне взять шахматы, а вернее, яшму.
То, что я сделаю точно такие же шахматы, я уже решил. Нарушу одно из негласных правил моего Ордена, которое заключается в том, чтобы не подделывать искусство.
Ну, хотя бы делать это не очень часто.
Тут дело в том, что я играл с дедом в те шахматы, и знаю их идеально. Настолько идеально, что могу воссоздать до мелочей, и даже экспертиза не докажет, что это подделка. В мире просто появятся две одинаковых набора. Представляю лица моих родителей, когда они об этом узнают. А они узнают, и могу поспорить, что эта новость будет очень не радостной. Пусть потом разбираются, где оригинал, а где подделка.
