Я не мог причинять ей ещё большей боли, но целенаправленно делал это, добивая её жестокими словами.
Телефонная трель мобильника разрушила гнетущую тишину в салоне автомобиля, и частично отвлекла от тяжелых мыслей о том, какая я сволочь. Но я не мог дать сейчас надежду Кейтлин, когда всё было так неоднозначно.
— Да, алло, — ответил я, даже не взглянув на дисплей телефона.
— Сынок, отец… — голос Хильды осёкся, и я услышал тихий плач. — У него случился инфаркт.
— Когда это случилось? Где он? — я готов был кричать от бессилия, что всё в моей жизни наваливалось одно на другое, словно снежный ком, и вот-вот грозило придавить своим грузом.
Хильда продиктовала адрес больницы, и я, швырнув телефон на приборную панель, схватился за голову. Не может быть. Этого просто не может быть. Отец слишком молод и полон сил, чтобы его мог поразить такой недуг. Да он даже не курил и не употреблял алкоголь! Я с остервенением взлохмачивал волосы на голове, не в силах собрать мысли в кучу. «Это твое наказание, — щёлкнуло в мозгу, и я посмотрел на Кейтлин, которая испуганно глядела в мою сторону.
— Да-да, наказание за ту боль, что ты причиняешь близким и любимым людям, — продолжал потешаться внутренний голос».
— Марк… — Кейтлин сдавленно произнесла моё имя, будто ей было больно говорить.
— Что-то случилось? — её глаза блестели. В машине стало темно, единственным источником приглушённого света была приборная панель.
— Отец в реанимации. У него случился инфаркт, — сказал я, не в силах отвернуться от её лица.
Теплая и мягкая ладонь Кейтлин легла на плечо.
— Всё будет хорошо, — её голос вселял уверенность, что именно так оно и будет. Но не со мной, не с нами и не в этой жизни. Кейтлин была такой настоящей, сочувствующей, доброй, с открытым сердцем, что я просто был не достоин её любви.
— Я отвезу тебя домой. Мне нужно в больницу, — смертная казнь для нас двоих отменялась. Я не добил словами Кейтлин из-за звонка, который, судя по всему, был знаком свыше, что я в этой жизни что-то делаю не так…
Маневрируя в потоке машин, я включил музыку на всю громкость, заглушая собственные мысли.
Если бы в моей власти было отмотать время назад, то никогда бы я не стал причиной страданий и мук Кейтлин: я бы прошёл мимо, зная о том, что нас в итоге ждало. Чувство отчаяния душило меня. В моей власти было всё изменить, сделать Кейтлин счастливой, но… Этих «но» в сумме набралось так много, что из них впору было строить мосты.
— Сынок! — мама бросилась ко мне в объятия.
