Я ещё была не уверена, посвящать ли Уильяма в свои планы, но без его помощи, увы, дальше своего носа мне было не продвинуться. Возможно, его совет и поддержка подкинули бы ещё пару-тройку причин для уверенности в собственных силах… Но для начала необходимо было найти балетную студию, чтобы оценить, насколько плоха или хороша была моя физическая форма, и уже потом кого-либо посвящать в планы и делиться мыслями.
Обустроившись на месте и просмотрев по интернету интересующую информацию, я нашла пару подходящих студий.
В итоге я сняла помещение в десяти минутах ходьбы от дома Эмили, и всё свободное время решила отдавать тренировкам. Моя форма оказалась не такой уж и плохой: я нравилась себе в отражении зеркала, моя фигура хоть и была несколько угловата, но обладала нужными изгибами и пластичностью, которые были мне так необходимы. С растяжкой же дела обстояли значительно хуже. Впрочем, как и с моим часто сменяющимся настроением. Я то впадала в уныние, то веселилась и вдохновляла себя на что-то большее, то решительно отступалась от намеченных целей, чувствуя неуверенность в собственной привлекательности и силах.
Это шаткое внутреннее состояние одновременно служило, как толчком к действию, так и желанию забиться в угол. Я вселяла в себя веру, что не могу вот так просто сдаться и не побороться за то, что было дорого. А мои чувства к Марку были самой бесценной драгоценностью на свете.
Как только занятия в балетной студии достигли желаемого результата, и я впервые смогла полностью отрепетировать задуманный танец, то решила, что настало время привлечь Уильяма.
Мой близкий друг не имел права отказывать в помощи, доведенной до отчаяния девушке. Тем более, в такой мелочи…
До свадьбы Эмили и Уильяма оставались считанные дни, и я сильно нервничала, потому что вместе с этим приближался и день свадьбы Марка, и в моём распоряжении оставалось не так много времени, как хотелось.
По коротким отрывкам из разговоров по телефону Эмили с матерью, я знала, что Марк уже был в Лондоне. Каждую ночь меня обуревало дикое желание найти его и кинуться в объятия… и я ничего не могла поделать с этим желанием, оно было мне неподвластно.
Тоска разрасталась с каждым днем, с каждой ночью, всё сильней и сильней, а я отчаянней отдавалась тренировкам в балетной студии, достигая таких успехов, о которых могла только мечтать в юношеские годы. Боль придавала сил, а надежда на лучшее вселяла уверенность. Погружаясь в мысли и долгие тренировки, я начисто забывала о времени.
