В один из таких вечеров Флоренс зашла ко мне в кабинет с документами и застала меня в удручённом состоянии и стаканом виски в руке. Укоризненно покачав головой, она отложила стопку листков в сторону.
— Так дело не пойдет, — выхватила она стакан из моих рук. — Что-то случилось? Или это попытки начинающего алкоголика превратиться в закоренелого? — спросила она с осуждением. Оливия в последнее время порядочно выносила мне мозг. И я не в силах больше держать в себе эту боль, находясь в крепких тисках безысходности, рассказал ей всю историю от начала до самого конца на одном дыхании.
Всё это время она внимательно слушала меня, ни разу не перебив.
— В стиле Оливии, — скептически заключила она, а я недоумённо перевел на неё взгляд. Откуда ей было знать, что в её стиле, а что нет? — Наверно пришло время раскрыть маленькую правду? — натянуто улыбнулась девушка, ещё сильнее вводя меня в замешательство. — Собирайся, я отвезу тебя домой, а по дороге всё расскажу. — равнодушно пожав плечами, я застегнул пиджак и, взяв пальто с вешалки, пошёл вслед за Флоренс.
Буду откровенным, мне стало любопытно узнать, о чём всё-таки пойдёт разговор.
— Мы давно дружим с Оливией, — я напрягся, когда понял суть сказанных ею слов, но промолчал. — Да, я знала, что вы встречаетесь, но… по её словам выходило, что у вас всё хорошо… — Флоренс мельком посмотрела в мою сторону. — По крайней мере, так она говорила, когда разговор затрагивался личной жизни.
— Это она тебя подослала следить за мной? Ты поэтому втиралась ко мне в доверие? — спросил я прямо терзавший меня вопрос.
— Нет, в тебе сейчас говорит эго уязвленного самца, которого закрыли в стальной клетке. Мы не так давно с тобой знакомы, но, по-моему, я не давала повода сомневаться в своей компетентности и преданности любимому делу.
— Это ты сейчас, типа, как адвокат со мной разговариваешь? — криво усмехнулся я.
— Да. И, как любой страж порядка, я всегда на стороне правды и справедливости, — сказала она серьёзно, окончательно меня запутывая.
— Я не понимаю…
— А тебе и не нужно. Я займусь этим делом. Лично.
Спустя несколько дней Флоренс появилась в моём кабинете и с деловитой важностью положила на стол диктофон.
— Что это? — кивнул я в сторону аппарата.
— Твоя свобода.
Прослушав разговор, который был записан на диктофон, я ощутил, как за спиной начали прорезаться крылья свободы. Внутри всё ликовало, наконец-то было найдено противоядие от чумы под названием «Оливия».
