То-то уговаривала взять с собой только одного охранника – так вот тебе пять, ха-ха!
– Опять голова болит? – сочувственно спросила Рысь.
– Нет. – Снежна поспешно отдёрнула лапы от висков. Не опять, а всегда, подумала она, а некоторые подозрительные особы ещё и добавляют своими вопросами! – Что это там? – Внизу вдоль утёса над побережьем потянулись ряды каких-то ледяных строений.
– Пограничный посёлок… кажется, Крачкины гнездовья.
– Надо будет издать королевское повеление, – проворчала Снежна, – чтобы все названия были из одного слова.
У неё до сих пор ныли когти от воспоминания о годах, проведённых над картами, списками поселений и письменными работами по географии. Сколько времени можно было бы сэкономить, называйся, скажем, Поющие по ночам киты просто Китами! Если не путать их, конечно, с Выпрыгивающими на рассвете китами.
– Да, было бы полезно, – горячо поддержала Рысь, – особенно для несчастных драконят с их учебными заданиями.
– Кажется, твоё убогое поместье тоже где-то здесь рядом, – заметила королева.
Рысь печально глянула налево.
– Да, над Зелёными пустошами, там живёт мой отец, но я… я давно его не навещала.
– Он в каком круге, Шестом?
– Уже два года в Пятом.
Ясное дело, за успехи дочери при дворе.
– Погоди, – ехидно прищурилась Рысь, – разве не запрещено заводить разговоры о рангах с королевой?
– Только если она не сама их заводит! Ты не можешь просить меня их поменять, вот и всё. Впрочем, это бесполезно, я всё решаю сама!
– Замечательно, если так, – кивнула Рысь.
– Вообще-то, не очень понятно, почему Тундра с Мерзлотой до сих пор так высоко, они такие противные… но раз это твоё собственное решение, то всё в порядке.
– Тоже решила поиронизировать? – сверкнула глазами Снежна.
– Да что ты, разве я посмею?
– Ваше величество, – перебил один из стражей, подлетая ближе, – там что-то виднеется.
Королева взмахнула крыльями, догоняя вперёдсмотрящего. Прищурилась на дальний морской горизонт по ту сторону заснеженных утёсов.
Сначала казалось, что там просто безобидное облачко над волнами, однако, приглядевшись, она различила множество отдельных пятнышек, мерцающих в солнечном свете всевозможными цветами – золотистым и розовым, зелёным и синим.
Ужас пронзил всё тело от рогов до хвоста, словно от удара отравленным шипом песчаных или при виде десятка ночных, атакующих разом. Вспомнилось, как склонился перед ней кобальтово-синий полукровка и протянул золотую серьгу с янтарём.
