Она вскрикивает от обжигающей боли, которая пронизывает всё тело.
Когда боль чуть отпускает, дракомантка открывает глаза и смотрит на свою лапу. Один из когтей срезан до основания, будто острым ножом. На пол льётся кровь, но самого когтя нигде не видно.
– Что такое? – шипит Кана. – Почему?
Может, в заклятии что-то не так? Она притронулась ко льду, и он забрал коготь с собой?
А может… Нет! Нет!
Однако в глубине души она уже знает. Что и почему, ещё предстоит разбираться, но в одном она уверена.
Это ей устроила мать.
* * *Тушкана-третья сидит на берегу озера в оазисе, смывая кровь с очередной раны. Шести когтей уже нет, что она потеряет в следующий раз – уши, рога, хвостовой шип?
А может, крылья? Её передёргивает от ужаса.
Осторожнее надо с заклятиями. Кто знает, может, очередное просто-напросто убьёт её.
Второй коготь она потеряла, надеясь восстановить первый, но удалось лишь залечить рану на его месте, а другую пришлось забинтовать. Как следует поразмыслив, пожертвовала третьим ради знаний: зачаровала новый свиток, чтобы отвечал на любые вопросы.
Преодолевая боль и туман перед глазами, спросила, какое последнее заклятие наложила на неё мать.
Конечно, чего-то в этом роде ожидать следовало, надо было заранее защитить себя, но действовать пришлось в спешке. В сумках, которые мать заставила её нести через пустыню по пути с гор домой, случайно попался тот свиток со старыми заклятиями, наложенными на неё, – редкий шанс. Прежде мать не допускала подобных оплошностей… а может, просто не повезло их заметить.
Последнее заклятие в жизни Тушканы Первой оказалось шедевром жестокости и коварства. При каждом использовании магии Кана должна терять какую-нибудь часть тела, пока не умрёт от ран, и даже колдовским способом потерянное нельзя отрастить.
Вдобавок заклятие подкрепляла особая защитная формула, не позволявшая отменить его. Кана всё же попробовала, но лишь потеряла четвёртый и пятый коготь, не добившись ничего. За долгие годы мать овладела слишком многими хитростями, но не учила им дочь, только пугала всякими ужасами о магии и её опасностях.
Кана оказалась беззащитна перед проклятием.
Что ж, ладно, решила она, можно прожить и без магии. Свобода от матери тоже чего-то стоит. Хотелось нормальной жизни, общения с другими драконами – так вот он, счастливый шанс, хоть и без головокружительных возможностей волшебства! Всё лучше, чем прошлая подневольная жизнь. Стать самой собой и самой по себе.
