А сама… сегодня вырыла максимально глубокую яму, где я хороню честность и клятву медсестры, а заодно и для будущей врачебной могилку готовлю. Ужасный из меня медик получился.
Я нагло воспользовалась связями матери, отыскала нужную клинику, заигрывала с заведующим отделением, чего в принципе в жизни никогда не делала, и даже дала взятку девочкам в лаборатории. И теперь у меня на руках… медицинская карта Адама Туманова. В ней только то, что он сдавал в России. Но информации мне должно хватить.
Я лишь хочу убедиться, что он не лгал мне.
Узнать, что с ним случилось, и оценить, насколько все серьезно.
- С Макаром встречалась? – делает неправильные выводы Лора.
- С чего ты взяла подобную чушь? – меня раздражает одно лишь имя.
И одновременно волнует то, что я вспоминаю Васькину выписку и… Адама. Его твердые слова. Его горячие объятия. Его боевой настрой. Будто он размазать в лепешку Макара собирался. За нас.
- Ох, Агата, не права ты, - укоризненно качает головой Лора. Я же пользуюсь моментом, пока она мне не мешает, и возвращаюсь к справкам и анализам.
– Мужиков распугаешь, все шансы профукаешь – и старой девой останешься, - грубовато отчитывает меня.
Подруга говорит о Макаре, а я почему-то невольно ее слова переношу на Адама. Не понимаю, что с ним происходит. С нами.
Приподняв руку, касаюсь пальцами губ, которые хранят его поцелуй.
Зачем? Чего он добивался этим? Туманов ведь никогда не будет с нами. Уверена, он не рассматривает даже такого варианта. Понимаю, почему. Он ценит свою свободу, а у меня целых три «грузика».
И как бы хорошо Адам не относился к чертятам, все равно не решится заменить им папу. Такая ответственность не для него.
Он ведь сам знает это! Почему мучает нас?
- Значит, так тому и быть, - тяжело выдыхаю я.
Пытаюсь сосредоточиться на результатах анализов, но текст плывет перед глазами. Как я детям все объясню? Что делать мне потом с их разбитыми сердечками?
- Дура, - беззлобно выплевывает Лора, подается ближе, облокотившись о край стола.
Вынуждает опять спрятать медкарту. – Кстати, Макар развод уже получил. Так что если ты боишься семью разбивать, то плюнь. Причем его жена бросила. Выгнала! Та самая профессорская дочка, из-за которой вы разошлись. И ребенка отсудила, - ошеломленно округляю глаза, а подруга ухмыляется довольно. – Мир полон слухов, - отвечает на не озвученный вопрос. - Теперь между вами никаких помех! Я с девочками-педиатрами потрещала немного, столько интересного узнала.
