Тимур уже несколько лет безвылазно погружен в себя. Опустошен внутри и внешне сильно изменился. Бороду отпустил, стал похожим на старика.
- Ты и Береснева успел довести, – бесстрастным тоном выдает он. Не спрашивает, а утверждает. Потому что знает меня и видит насквозь. Спустя столько времени по-прежнему безошибочно распознает мою ложь.
- Не сошлись характерами, - слабо защищаюсь я, но под зорким взором Тимура выкручиваться бессмысленно.
- Ясно. Значит, нахамил, - холодно припечатывает меня. - Он принципиальный.
Если заартачится, то никакими деньгами его расположение не вернешь, - предупреждает заранее.
Я и сам догадался – это у них семейное. С молоком матери и по крови отца передается из поколения в поколение. Недаром же Агата так упорно от денег отказывалась. Для бабы это в принципе странно, несвойственно. Но она другая. Неправильная.
Воспользовавшись перерывом в беседе, Тимур отходит к ближайшей машине и упирается в капот бедрами. Полностью игнорирует тот факт, что авто чужое.
Да и всем своим видом демонстрирует безучастность и апатию.
- Хреново выглядишь, - обеспокоенно произношу. Заодно получаю повод тему сменить. Говорить о Бересневых не горю желанием – слишком сложно все у меня складывается с этой семейкой.
- Да как-то плевать, - отмахивается. Хмурит брови, увеличивая количество морщин на лбу, и устало массирует переносицу, явно страдая от головной боли.
- Слушай, после смерти твоей жены прошло уже несколько лет, - не выдержав, бью его в самое больное место.
По моим расчетам, Тимур должен проявить хоть какую-то реакцию. Но он чеканит, как робот:
- Три года… восемь месяцев… два дня… и...
- Так, стоп, - встряхнуть его хочется, чтобы не смел ради женщины убивать себя. - Жизнь продолжается…
- Да какая это жизнь, Адам? – перебивает меня гневно. Хоть какой-то отклик мне пробудить в нем удается, пусть даже негативный. Уже что-то. Значит, не все потеряно, а в глубине отвесной скалы теплится огонек. - Весь смысл исчез вместе с ней.
Ни жены, ни детей. Ради кого дальше тащить это все, - обводит рукой помещение. – Бабло я в могилу с собой не унесу, а передать некому."
"Все слова и фразы, которые я мысленно подбирал в ответ, улетучиваются мгновенно. Потому что я понимаю, насколько Тимур прав. Только сейчас осознаю, что сам одинок, а деньги мои бесполезны. Ни здоровье купить не могу, ни ребенка. Разве что бабу в состоянии себе оплатить, да и здесь засада – хочется ту, которая не продается.
