"
"Задняя часть участка представляла собой еще три акра болота. В гараж на четыре машины, задуманный архитектором как уменьшенная копия главного здания, тоже попасть не удалось – заколочен и заперт. Пятидесятифутовый плавательный бассейн был пуст, если не считать нескольких дюймов грязной коричневой воды, в которой плавали перегнившие органические наносы. О том, что тут некогда имелся зарешеченный розарий с высокой виноградной аркой, свидетельствовали только две покосившиеся колонны из лишенного коры дерева и потрескавшегося камня, поддерживающие птичье гнездо из безжизненных веток.
Замшелые каменные скамьи вросли в землю, почерневшие статуи покосились на треснувших пьедесталах – ну просто последний день Помпеи.
Дождь становился все сильнее и холоднее. Я засунул руки в карманы плаща, теперь уже промокший насквозь, и стал оглядываться в поисках укрытия. Понадобились бы инструменты – молоток или ломик, – чтобы проникнуть в дом или гараж, и вокруг не было больших деревьев, под которыми можно было бы спрятаться без риска, что они не завалятся в любой момент.
Я торчал на открытом пространстве, как бродяга, застигнутый облавой.
Увидев вспышку света, я весь подобрался, ожидая услышать раскат грома. Его не последовало, и свет мигнул опять. Из-за сильного ливня трудно было понять откуда, но когда свет появился в третий раз, я вроде как взял на него прицел и двинулся в ту сторону. Через несколько чавкающих шагов понял, что исходит он из застекленной оранжереи на задах участка, прямо за разбомбленной садовой аркой.
Ее стекла стали непрозрачными от грязи и кое-где покрылись бурыми потеками, но на вид все вроде были целы. Я побежал туда, следуя свету, который мигал, плясал, исчезал, а потом мигал опять.
Дверь в оранжерею была закрыта, но под моей рукой она бесшумно отворилась. Внутри было темно, жарко и кисло, сильно пахло перегноем. По обеим сторонам стеклянного помещения выстроились деревянные столы высотой примерно по пояс.
Между ними оставался проход, усыпанный опилками, торфом, мульчей и кучками свежей земли. В углу я заметил набор садовых инструментов – вилы, грабли, лопаты, тяпки…
На столах стояли горшки с изысканными цветами – орхидеями, бромелиями, бегониями всех оттенков, алыми и белыми бальзаминами, – щедро раскинувшимися в полном цвету над своими терракотовыми домиками. Над столами нависала деревянная балка со вбитыми в нее металлическими крюками.
