А вот Кроэн куда продуманнее своего собрата, по его глазам видно, как он просчитал сразу несколько выигрышных для себя вариантов. Леди Одри — светлый маг, единственная в нашем королевстве, что открывает шикарнейшие перспективы. Например, в делах лечения сильных мира сего.
Я была согласна с Лиамом, но также и с Петегро: скандалист Геласий был куда понятнее, чем серьёзный и тихий Кроэн. Но мне просто необходимы свои люди среди Святости, и почему бы таким не стать Доусу?"
"— Время покажет, — вздохнула я, глядя на тёмные движущиеся точки — церковники удалились на значительное от города расстояние, а с того момента, как их кавалькада выехала за ворота, несколько варлаков, скрываясь в густой сени Заворожённого леса, бежали параллельно им — я хотела убедиться, что святоши не затаятся где-нибудь с целью напакостить.
— Пойдёмте, Петегро, я как раз шла к вам в лабораторию, когда заявились незваные и нежеланные гости. Вы воссоздали настойки?
— Да, сварили. Благодаря им шесть человек из десяти смогут выжить. Навряд ли у нас получится придумать что-то получше, — собеседник был полон сомнений.
— Вот и посмотрим, что можно усовершенствовать, — кивнула я.
Мы спустились по лестнице к ожидавшим нас каретам.
— Леди Одри, — окликнул меня Кенсингтон, — а как именно может отомстить Геласий?
— Самое простое — наслать на нас какую-нибудь болезнь. Отправит заражённого, и всё.
— Но это же богопротивное дело, — негромко заметил маг, грозно нахмурив брови.
— Я думаю, раббаторы уже выпускали заразу, а затем приходили на помощь со своими чудодейственными зельями.
Всё продумано так, чтобы люди молились на Святость, несли последнее в храмы. И болезнь, и лекарство — всё в их руках. Не все служители такие, конечно, есть и другие, неподкупные, истинно верующие, как раббат Сатос, живший тут при моём отце.
— Страшные вещи вы говорите, — покачал головой Кенсингтон. — Но я склонен с ними согласиться.
— Более того, есть у меня подозрения… — я посмотрела на чеканный профиль наставника и прикусила язык. Говорить или нет? Серо-голубые глаза, стоило мне замолчать, тут же впились мне в лицо в ожидании продолжения.
— Я хочу ошибаться, — колдун принёс мне клятву, так что прочь сомнения, — но есть подозрение, что Его Высокопреосвященство, глава всех святостей в заговоре с кем-то, кто хочет присоединить Аскалу к своим землям. Разрушить наше королевство изнутри: мором, голодом, войнами, ослабить и потом ударить.
— Ульрих Ликон! — заскрежетал зубами Лиам.
— Нет, навряд ли он.
