— Тогда зачем он помог Карлу Второму и выдал золото для борьбы с Нарголой? И, в конце концов, на кой ему я?
— Ульрих знает о вашем родовом браслете, — Кенсингтон недвусмысленно покосился на моё запястье, проигнорировав первый вопрос.
— И потому разыграл такую сложную многоходовочку? Повлиял на ход враждующих королевств, чтобы потом попросить Карла убедить меня отдать ему артефакт Йорков? А если не выйдет, то попросту потребовать выдать меня за него?
Наставник вздрогнул.
— Не кажется ли вам, что вы слишком много о себе думаете? — вдруг глухо прорычал он, исподлобья на меня уставившись.
— Я очень-очень хочу ошибаться, — я никак не отреагировала на его взбешённый вид. — И что вас так задело? Матримониальные поползновения короля из-за гор? Пф-ф-ф! Я вообще пока замуж не собираюсь. А что касательно слов феи, то я склонна им верить: эти существа навряд ли солгали или ошиблись, они рождены в эфире этого мира, они чувствуют перемены. Ульрих — светлый маг. Могущественный и уже многое повидавший, мы не знаем, сколько ему лет, наверняка правитель Ликонии ощущает то же, что и феи? Вдруг благодаря именно артефакту моей семьи можно будет спастись? Потому правитель Ликонии хочет всеми правдами, и не только ими, сберечь свой народ и свои земли от напасти? Вы слишком узко мыслите, иной раз самые невозможные варианты — самые верные.
Просто прошу вас подумать над моей теорией, как будет желание.
Я дала мысленную команду Чёрному, и он сорвался с места в карьер.
Уже будучи во дворе замка, прежде чем войти в дом, сказала Ховарду:
— Готовьте всё необходимое для возделывания земель.
Работать будет всё здоровое мужское население: и крестьяне, и горожане. Никто не останется в стороне, если хочет получить свою долю с урожая, — затем, подхватив под локоток своего управляющего, отвела в сторонку и негромко добавила: — Ведите чёткий учёт пахарей, самым трудолюбивым по осени выдадим из казны звонкой монетой. Также составьте список, у кого в городе сколько человек в семье — будем делить зерно честно.
— Задаром? Может, всё же продавать зерно для друидорцев по приемлемой цене? — громко удивился великан, остальные сделали вид, что ничего не услышали, хотя их уши были буквально направлены в нашу сторону.
— Выдавать зерно станем на каждого члена семьи все три грядущих зимних месяца. Столько, чтобы не померли с голоду. Если кому-то нужно будет больше, пусть готовят монеты, или что-то существенное для обмена, — решила я, замявшись на секунду.
