- Во-первых, пока я в тебе, убить тебя будет проблематично, а во-вторых, я, конечно, не сомневаюсь в его расчетливости, но в жестокости и коварстве я его точно не подозреваю"".
Что ж, Зверю я была склонна поверить, уж ему, находясь во мне же, смысла лгать мне не было.
Золотаревский выдержал долгую паузу, прежде, чем снова заговорить."
"- Признаюсь, ты меня удивила, - медленно сказал он, и во мне зародилось подозрение, что он тщательно взвешивает каждое слово, чтобы увести меня в сторону от верных выводов.
Что это за прием? Лесть? Нет уж, через лесть меня точно не провести.
Он говорил, что я все время напряжена, что ж, я напряглась еще больше. Наш разговор и его ход нравился мне все меньше и меньше.
- Вы все равно не расскажете мне, что видели на самом деле? - спросила я прямо.
- Нет, - так же прямо ответил он.
- Это хотя бы хорошее или плохое? - ну вот, я сдалась и начала играть в ""угадайку"".
- Видишь ли, Изольда, - он снова говорил, взвешивая слова, но на этот раз мне не казалось, что он хочет запутать или отвлечь меня, скорее не взболтнуть лишнего, - если я тебе сейчас скажу больше, чем ты должна знать, все это кончится ой как не хорошо.
- Для кого?
- Для всех.
Но такой ответ меня не утроил.
- Для кого именно. Для вас? Для меня?
- А если я скажу, что для Кира? - его глаза прямо-таки впились в меня.
Я обмерла. Сердце забилось чаще. Значит, его видение, о котором он не хотел мне говорить, было о Кирилле? Теперь мое любопытство просто зашкалило.
Я облизнула вмиг пересохшие губы.
- Хотите сказать, если вы скажете мне больше, это может кончиться плохо для него?
Владимир Петрович медленно кивнул.
- Ты права, я тот еще хитроумный старик, знающий многое наперед.
- Я ничего такого не говорила, - поспешила я возразить в надежде, что все же узнаю хоть что-нибудь.
- Твои глаза сказали за тебя, - покачал он головой. - И ты права, считая меня искусным кукловодом. Иногда я могу быть даже жесток, иногда чертовски расчетлив, что сам себя пугаю. Но! Жизнь моего сына - для меня величайшая ценность из всех возможных.
А потому я больше ничего тебе не скажу о том, что видел.
- Ему угрожает опасность? - испугалась я.
- Сейчас ему ничего не угрожает, - успокоил Золотаревский. - Все должно идти своим чередом, и все будет хорошо. Если ты будешь знать больше, ты не сможешь поступить правильно тогда, когда от тебя потребуются решения. Я показал тебе совершенно безобидные видения, которые произойдут в любом случае.
