Она недовольна, когда ей ставят успокоительное, но в тоже время очень растеряна, если не принимает лекарств. И она пугает других пациентов.
Кайли слегка скривилась, представляя, как ее волевая бабушка наезжает на других пациентов.
– А как она сегодня?
– Сегодня был плохой день. Сейчас ей вкололи сильное лекарство, но если вы пробудете здесь несколько часов...
– Я не могу, – быстро ответила Кайли, чувствуя облегчение от того, что не придется ругаться с бабушкой. – Я просто ненадолго заскочила ее проведать.
Мужчина кивнул и открыл дверь.
– Дайте знать когда закончите, и я вас провожу.
Кайли зашла в комнату бабушки, сразу же почувствовав на плечах груз ответственности. В комнате было чисто и тихо. На прикроватной тумбочке стоял портрет, давно умершей мамы Кайли. Не было фотографий ни самой Кайли, ни ее отца. Но это ее не удивило, ведь она никогда не была любимицей бабушки Слоан.
Ты – обуза, Кайли Дэниелс. Мне приходилось работать на двух работах, чтобы накормить твою жирную задницу. Ты должна быть мне благодарна.
Если бы твоя мама была жива.
Кайли прогнала плохие воспоминания, села на стул рядом с кроватью, и взяла бабушку на руку. Рука бабушки выглядела хрупкой, а кожа на ней сухой и потрескавшейся.
– Привет, бабуля, – прошептала Кайли. – Надеюсь, у тебя все хорошо. Сегодня я получила работу и уеду в турне, поэтому несколько месяцев не буду к тебе приходить. – Не то, чтобы ее бабушка замечала, навещала ее Кайли или нет. Большую часть времени она в своем мире, или же искала давно умершую дочь.
– Но хорошая новость в том, что моей зарплаты хватит оплатить твое пребывание здесь до конца года. Я знаю, тебе здесь не нравится, но у них очень хороший уход. Нет, правда. Я позабочусь о тебе. Теперь это моя обязанность, и я тебя не брошу. – Она поднесла руку бабушки к губам. – Веди себя хорошо, пока меня не будет, ладно?
Она еще несколько минут подержала руку бабушки, погрузившись в свои мысли и переживания об обузе, семье и ответственности. Бабушка Слоан не проснулась, оно и к лучшему.
Во сне она обретала покой. Она не плакала и не оскорбляла Кайли, крича, что той тут не место. Кайли могла вынесли оскорбления по поводу своего веса, волос или развратной одежды. Но ей становилось плохо, когда бабушка начинала говорить, что Кайли испортила ей жизнь и разрушила ее мечты.
К счастью морщинистое лицо бабушки сейчас выглядело расслабленным, в уголке рта немного капала слюна.
Кайли решила не мешать бабушке, и ушла.
