Мягкий свет от огоньков и тут заливает все пространство. Только и хочется, что рассматривать и изучать каждый закоулок.
—Неожиданно, что я могу предугадать твои вкусы?
—Неожиданно, что ты так заморочился.
—Рапунцель, это ведь еще не все, — Рустам протягивает ко мне руку и накрывает своей ладошкой мою, крепко приковывая к себе как будто канатом
Мы делаем заказ, а я никак не могу успокоиться, все оглядываюсь и осматриваюсь. На столе салфетки с цитатами из книг «Гордость и Предубеждение».
—Ты вообще не знаешь предела, если брать, то все и по максимуму, да? — улыбаюсь, склоняя голову на бок.
Рустам довольно ухмыляется и кивает.
—Меня так воспитали, брать все и сразу, но не идти по головам, потому что завтра может понадобиться помощь от тех, на кого ты вчера наступил и кем пренебрег.
—Думаю, тебя этому научил отец.
Белый кривится, будто бы я сказала откровенную чушь.
—Он меня смог научить только тому, как правильно нарушать все то, о чем говорила мать. Ну и как давать сдачи.
—Извини, если ты не хочешь…
—Нет, все нормально.
Родители — тема хорошая, но у меня есть только мама. Была только мама.
Поправив самого себя, Рустам складывает руки в замок и поднимает на меня серьезный, без примеси шутливости, взгляд.
—Моя мама умерла, а отца я никогда не знала. Вот так вот. Но она всегда говорила, что родителей, какие бы они ни были, нужно благодарить за то, что они дали тебе эту жизнь.
Отвожу взгляд в сторону, а сама думаю о нем и его отце. Наверняка не общаются, я бы, неверное, тоже не смогла бы.
Или смогла бы, знай, что он жив?
—Мне жаль, малыш.
Рустам тяжело вдыхает и выдыхает.
—А меня мама научила верности и тому, что если выбрал одну женщину по жизни, то люби ее, а если не нагулялся, то не привязывай к себе никого. Живи как хочешь, но будь честен и оговаривай условия, прежде чем человек сможет влюбиться. Раньше я считал это сопливой херней, а сейчас понимаю, что в этих словах есть толк."
"Не верится, что это говорит такой парень, как Рустам. Я бы могла считать его скорее «оторви и выбрось», чем вдумчивым парнем с глубокими мыслями.
Как же я ошибалась. Передо мной совсем не баловень судьбы.
—То есть ты верный? — переспрашиваю, ощущая противный укол в сердце от прошлого.
Рустам переводит на меня серьезный взгляд, ведет им по губам и снова поднимается к глазам. Мои щеки начинают моментально пылать. Как ему это удается?
—То есть я ненавижу ложь во всех ее проявлениях, и это касается не только аспекта верности/неверности.
