Эффект достигнут, и внутри все ликует. Вот так, не надо играть с теми, с кем игры чреваты. Одним выстрелом двух зайцев, перебежавших мне дорогу, удастся прихлопнуть.
—Ты не посмеешь…
—Если Василиса Григорьевна в стенах этого университета пострадает по абсолютно любой причине, пусть даже напрямую не связанной с тобой, я все равно буду рассматривать в этом твое полное твое участие, а затем дело за малым: отправить маленькую флешку прямо в руки дочки министра и ждать с попкорном шикарного представления. У меня будут места в первом ряду, — голос затихает, а по нечитаемому лицу Падловны понятно, что она все уяснила, более того, крепко испугалась.
Такой испуганной увидеть подобного человека дорогого стоит.
—Ты… Ты…Сволочь.
—И не отрицаю этого факта, даже горжусь, детка, — приподнимаю подбородок это сучки и смотрю в искрящие ярости глаза, но Падловна вырывается и резко разворачивается, направляясь прочь из аудитории.
Кадры там зачетные, не поверит только полная дура, а дочь министра дурой не является. Вот ревнивой собственницей вполне да.
25. Призраки прошлого
ГЛАВА 25
ВАСИЛИСА
Упрямо пялюсь на себя в зеркало, разглаживая несуществующие складки на своем платье, идеально подчеркивающим фигуру. Взгляд то и дело гуляет по ткани, а мыслями я давно нахожусь где-то далеко, как со мной обычно и случается. В последнее время я человек рассеянный, мне для концентрации нужно чуть больше времени, а еще чуть больше сил заставить себя думать.
А пока…я иду на свидание. На свидание. Я. Стыдно признаться, я особо на них не ходила, вернее, так официально меня никто не приглашал, а тут…тут все иначе, вдвойне непривычнее получить приглашение от такого человека, как Белов, я думала, что он будет в стиле современной молодежи, склонять отношения в одно русло, но он правда старается меня узнать, это проявляется в мелочах, таких, на которые зачастую можно не обратить внимание.
А пока мысли крутятся вокруг Рустама, который в стенах университета даже обещая мне не проявлять внимание, заставляет меня пылать.
Я чувствую его злобный взгляд, вспарывающий кожу, стоит только кому-то просто заговорить со мной. Я никогда не думала, что только лишь глаза могут передать такое пламя. Свирепое. Разрушающее. Эту ревность можно почувствовать на языке, как только взгляды схлестываются. И моя душа моментально уходит в пятки, потому что как бы там ни было, этот взгляд приносит еще и щепотку страха. Страха того, что я подобного е встречала, и что все может закончиться не начавшись.
