Деньги тают, как горстка снега, попавшая на песчаную дюну в центре Сахары, – молниеносно и не оставляя следов. Женихов не осталось, все перепробованы, а новые хотят как раз новых балерин и актрис, и никто не предлагает примерить хрустальный башмачок!..
Пришла пора охоты. Времени ждать, когда мужчина, «готовый на все» и жаждущий «создавать условия», явится сам, не осталось. Требовалось срочно выбрать каплуна пожирнее и, грамотно расставив силки, заманить его и свернуть шею, чтоб уж навсегда, с гарантией.
Но в расставленные силки никто не шел. Подстрелить на лету тоже не удавалось. После бурной ночи или красивых выходных на красивом курорте среди красивых людей кавалеры как-то сами собой исчезали, и Аннет только из газет узнавала, что один назначен министром, второй затаился где-то в Англии, видимо, среди вересковых пустошей, а третьего – вот ужас! – засадили в гонконгскую тюрьму за контрабанду оружия. Не вышло из нее прелестной и дерзкой охотницы Дианы с луком в руках и колчаном за плечами!.
.
И время, время!.. Песчинки все сыпались, Аннет потихоньку начала впадать в панику, и тут подвернулся Анатоль – худшее, что могло случиться в ее жизни!
Впрочем, отступать некуда, строго сказала она себе, усевшись подле этого «худшего» в ресторанном зале. Все эмоции потом, а сейчас дело.
Она умела собираться – научилась в балетном училище – и умела сосредоточиться на том, что в данную минуту считала «делом».
Аннет позволила распаленному коньячком и ожиданием Анатолю приобнять себя, сосредоточилась, мысленно повторила Петечкины указания и усердно принялась их выполнять.
И все на самом деле пошло не так!..
Сегодня
Мишаков дернул «молнию» на своей дерматиновой папке, ее, понятное дело, тут же заело, и капитан пробормотал себе под нос:
– ...твою мать!
– Что такое, молодой человек?!
Старуха хищно нацелилась на него, негодование взблескивало у нее на носу, дрожало в стеклышках старомодных очочков в золотой оправе.
...Как-то они называются? Капитан знал, но позабыл слово.
Он решил, что должен сам расспросить соседку – вдумчиво и обстоятельно, как учил в Школе милиции следователь Петрушин! Павлуша – лейтенант – пошел по другим квартирам, а Мишаков, вздыхая и вытирая влажный лоб, потащился на второй этаж. Не стоило столько кофе пить, да еще с водой! Теперь за день семь потов сойдет, как в бане.
