— Нет, — мой пульс заметно учащается, разгоняя по венам адреналин.
— Так, расскажите откуда шрамы? — льется вода в чашку.
— Что-то тебя к ночи на откровения потянуло, — я разворачиваюсь к ней и ловлю себя на мысли о том, какая она красивая и беззащитная сейчас. — Если ты расскажешь, почему с семьей плохие отношения.
— Тогда вы первый, — я смотрю на то, как она отодвигает стул и садится за стол.
— Ну, хорошо, — выдыхаю. Будет тебе сказка на ночь. — Много лет назад, когда мне было столько, сколько тебе сейчас и я только вернулся из армии.
Я познакомился с девушкой. Она была меня старше лет на пять и уже в разводе. У нее был ребенок. Даже не помню кто именно. Мальчик или девочка. Я его никогда не видел.
— Мои родители тоже развелись, когда я совсем маленькой была. А потом папа умер, — она берет чашку в руки.
— Не перебивай, — произношу максимально строго.
— Извините, — Аня виновато опускает глаза.
— Так вот, меня накрыло по уши, а у нее был другой. Более перспективный чем я. Старше. Ему не нравился мой интерес, к его, как он считал, женщине.
И как-то раз, ночью он с друзьями подкараулил меня. Их было семеро, а я один. У меня КМС по боксу, но я же не Рембо. Я сразу понял, что все вместе они сделают из меня кусок мяса. Потому достал свой раскладной нож и ударил первым того, кто кинулся в мою."
"— Дальше, — я слышу тревогу в ее голосе и понимаю, что надо заканчивать свой душещипательный рассказ.
— Дальше, как ты понимаешь в СИЗО не самые лучшие условия и не самые старательные врачи. Меня резали и шили, как умели.
Поэтому шрамы такие страшные. Но я же не кисейная барышня, чтобы страдать поэтому поводу.
— А что потом? — она смотрит на меня совсем испуганно.
— Потом я познакомился с правильными людьми. Они помогли выйти и дали билет в жизнь. Все. Вот и сказке конец, а кто слушал молодец. Теперь ты.
Аня несколько минут собирается с мыслями, а затем начинает свой рассказ.
— Мне было семнадцать. У меня в тот день был выпускной в школе, и мы должны были идти праздновать в ресторан. Это был июнь.
К отчиму, приехал сын. Он как раз сдал летнюю сессию. И… он… — несколько секунд молчит. — Он начал приставать ко мне, — говорит быстро ина выдохе.
— Он… — я сажусь на диване, опуская ноги на пол и не моргая смотрю в ее строну.
Во мне моментально включается режим защитника. И охотника, потому как хочется найти эту мразь. И поднять на крюке гаденыша за одно место.
— Нет. Он ничего не сделал, — смотрит в одну точку. — Не успел. Я ударила его лампой по голове.
