– Ну что ж, моя любимая помощница, – намеренно выделив последние слова, проворковал провокационно и, устроившись в кожаном кресле, хлопнул рукой по столу: – Слушай мой первый приказ.
– Повелевайте, – скрестив руки на груди, передразнила я, а муж расплылся в коварной улыбке.
– Первым делом всем сотрудникам центра необходимо пройти полное обследование, – отчеканил он и, подавшись вперёд, нахмурился и пророкотал: – В первую очередь тебе.
– Денис! – охнув, возмутилась я и, топнув ногой, рявкнула: – Не смей!
– Вика! – встав, Денис, опёрся руками о стол и, прищурившись, поджал губы.
– Денис нет! По крайней мере, не сейчас!
– Вика, да! Немедленно! И только посмей ослушаться! Учти, я сам всё проконтролирую!
– Денис!..
– Вика!..
– Юртайкин, не борзей!
– Юртайкина, не доводи меня до бешенства!
– Ненавижу! – прорычала я в отчаянии.
– Люблю! – улыбнувшись, выдохнул он.
– Переигрываешь, – покачав головой, простонала я обречённо.
– Так подыграй, – прошептал он еле слышно, и мы оба замерли, не в силах разорвать зрительный контакт.
А потом нас как магнитом потянуло к друг другу. Всхлипнув, я качнулась навстречу, а муж чертыхнулся и, преодолев разделяющее нас пространство, подхватил меня под попу, вынуждая обхватить его бёдра ногами, а руки закинуть на плечи.
Подойдя к дивану, Денис сел и, устроив меня на коленях, крепко обнял. Стиснул лицо в ладонях и, прерывисто дыша, прошёлся хаотичными поцелуями по моим мокрым щекам, глазам, подбородку, скулам и носу. Зарычав, прижал к себе и запечатал губы требовательным поцелуем.
Нас захлестнуло эмоциями, накрыло страстью, и окружающий мир стал абсолютно неважен.
– Малышка, ты сильная, я знаю, – прервав поцелуй, прохрипел Денис и, прижав меня к груди, взмолился: – Доверься, прошу тебя. Вместе мы обязательно справимся.
– Зачем тебе это? – глотая слёзы, прошептала я и, криво усмехнувшись, уколола: – Обречённая, да? Так вы меня называли с Романом?
– Не думай о нём. Не вспоминай… Думай о нас, – попросил Денис, а я качнула головой.
– Ты не ответил… Зачем тебе это? Ты ведь знал всё с самого начала, но… Я ведь обречена.
– Так и я обречён, – усмехнулся муж, а я вздрогнула и, вскинув на него шокированный взгляд, нахмурилась.
– Ты?.. О чём ты, Денис?
– Я неизлечимо болен, – помолчав, произнёс он и, погладив меня по щеке, ласково пояснил: – Без единого шанса на выздоровление. Я неизлечимо влюблён в одну вредину. Проникла в кровь, въелась под кожу, укоренилась в сердце.
