Собравшись в кружок, жители тихо совещаются, а потом дородная дама делает шаг вперёд.
Глава 16
Ожидание сводит с ума, а женщина, видя моё волнение, нарочно оттягивает время.
- Гнать бы вас в шею, леди. Вот честно, - устало произносит она, не испытывая пиетета перед власть имущими в моём лице.
Точнее, в лице леди Эллеринг. А я понимаю, что в ней говорят бессилие и опустошённость. Словно день за днём жители Змеиной Пасти ведут борьбу с чем-то неизведанным и неизменно терпят поражение.
От её тона внутри всё скручивается в болезненный узел, и я судорожно подыскиваю верные слова, но, как назло, ничего не идёт в голову.
- Я не сдамся, - упрямо стою на своём и смотрю ей в глаза, расправив плечи. - Где староста деревни? Разве не он должен решать такие вопросы? И вообще, как вы можете выгнать меня с земли, которая принадлежит семье моего супруга?
- Муж в отъезде, - неожиданно миролюбиво поясняет дама, но тут же напускает на себя прежнюю суровость. - Мы посмотрим, как вы справляетесь. Протянете хотя бы три дня и не сбежите, сверкая каблучками, тогда вернёмся к разговору о помощи.
И да, леди Эллеринг, хорошенько закрывайте на ночь двери.
Делегация деревенских неспешно уходит, оставив меня в недоумении смотреть им вслед.
Это что, предупреждение?
Напугать меня решили?
Ладно, солнце движется по горизонту, а я не знаю, во сколько здесь темнеет. Надо срочно привести в порядок комнату, где я буду спать, а завтра уже намечу полномасштабный фронт работ.
Не знаю, как я в одиночку продержусь три дня.
Хрупкое, изящное тело Виктории не создано для физического труда. Сомневаюсь, что она когда-нибудь держала что-то тяжелее книги.
Зато у меня есть шанс начать всё заново. Там, в земном мире, я каждое утро просыпалась с мыслью, что впереди опостылевшая работа. Не выдержав рутины, я уволилась только ради возможных перемен в жизни.
А тут внезапно целая усадьба, правда, жестокий муж маячит где-то на горизонте.
Плевать, справлюсь!
Я знаю, что путь будет долгим и трудным. Каждый день будет испытанием на прочность.
Но я готова.
Готова бороться с пылью и разрухой, готова пролить пот и, возможно, слёзы, чтобы вернуть этому месту его былое великолепие.
Киваю, глядя в пустой проём вместо калитки, и спешу обратно в дом. Во мне крепнет уверенность в успехе, когда я пробегаю вверх по ступенькам. Уже решительно, зная, что ни одна не подломится под моею стопой.
Возвращаюсь на второй этаж и бегло осматриваю остальные помещения: хорошие, но не моё.
