Каждый мой шаг сопровождается странным шорохом — то ли мелкие зверюшки разбегаются в стороны, то ли ветер играет сухими стеблями.
Мой новый дом.
Какая ирония.
Всегда мечтала иметь собственную дачу. Выбираться из города на выходных и проводить время на свежем воздухе. Разбить несколько цветочных грядок, посадить клубнику, огурцы, помидоры, а по вечерам жарить мясо на решётке.
А реальность демонстрирует разбитое крыльцо с покосившимся столбом. Подхожу ближе и осторожно ставлю ногу на первую ступеньку.
Вроде бы держит.
Уже хорошо.
Медленно поднимаюсь выше, чутко прислушиваясь к звукам рассохшегося дерева под подошвой. Каждый шаг - нешуточный риск провалиться и поранить ногу.
А ведь у меня пока нет аптечки, да и неизвестно, есть ли здесь доктор?
Добравшись до верха крыльца, я на мгновение замираю и ещё раз осматриваюсь, намечая бесконечный фронт работ.
Отсюда открывается вид на весь заросший сад, на бескрайние поля за ним. Лёгкий ветерок ерошит мои волосы, и я глубоко вдыхаю, чувствуя, как волнение уступает место странному спокойствию.
Страха больше нет.
Пускай и усадьба и принадлежит роду Эллеринг, а я - настоящая Виктория, Эйвару никто. Но меня не покидает удивительное ощущение, что это - действительно моё.
Будто оно ждало меня целую вечность.
И, наконец, дождалось."
"На крепкой некогда белой двери, покрытой хлопьями краски, висит большой амбарный замок.
Осматриваю крыльцо, стены, задираю голову и изучаю потолок: ключей нет. Зато повсюду раскинулась паутина, собравшая на себя не только мух, но и маленькие листья.
- Замечательно, - вздыхаю, отгоняя в сторону мысли о том, что придётся ночевать под открытым небом.
Рука не повернётся разбивать стёкла.
Кончиками пальцев прохожусь по шероховатой поверхности замка. Ржавчина оставляет рыжие следы на коже, а вот железо вспыхивает россыпью серебристых огоньков, и дужка как по маслу выскальзывает из корпуса.
От удивления глаза расширяются, а челюсть стремится вниз. Только что я вызвала магию?
Сама?
Без чьей-то помощи!
Дверь со скрипом открывается, словно приглашая внутрь.
Сердце колотится о рёбра, грозясь выскочить наружу. Во рту сухо, мысли разлетаются во всех стороны.
Перешагиваю порог и от увиденной картины у меня подкашиваются ноги, а из горла вылетает жалкий, сиплый хрип.
Глава 14
Пыль и затхлость бьют в нос, наполняя рот едкой горечью.
Глаза не сразу привыкают к полумраку, царящему в просторной гостиной.
