Ну и Пелевин с закладкой из заколки для галстука — это точно не мое. Не то, чтобы я не любила современную отечественную прозу, но она явно не для меня.
Ну и на закуску: мужские часы и запонки.
— Добро утро, адская козочка, — слышу до ужаса довольный мужской голоси медленно поднимаю голову.
Червинский стоит в дверях, грубо говоря, почти в чем мать родила. Потому что вот эти микроскопические шорты… В общем, абсолютно понятно, что трусы под такие не надевают.
— Что я делаю в твоей постели? — спрашиваю я, нарочно закрывая глаза одеялом.
Нечего на него пялится, подумаешь, смуглые мускулистые ноги, пресс и торс.
Да у меня таких… целый инстаграм! И получше есть.
— Ты тут спала, — говорит Червинский и подло сдергивает с меня одеяло. — А теперь у тебя «очень доброе утро».
— У нас был секс? — спрашиваю я, на этот раз пряча лицо в ладонях.
Нет, вселенная, пожалуйста, не поступай так со мной! Провести ночь с мужчиной и не вспомнить об этом на утро — это все равно, что идти ужинать в десять вечера, потому что в семь уже нельзя.
— Ну… знаешь, ты была очень настойчива, требуя у меня немедленно увеличить популяцию человеком на Матрену Марковну и Тихона Марковича. Становилась такой ненасытной русской женщиной. Я еле отбился грифом от штанги.
— Ты шутишь? — стону я, безрезультатно пытаясь завернуться хотя бы в простыню. Она у него что — к матрасу приклеена?
— Совсем не шучу, Молька. И, кстати, — он подходит впритык, бросает взгляд на часы на тумбе и заявляет: — Через полчаса приедут мои родители.
Так что у тебя почти нет…
Звонок в дверь обрывает его на полуслове. Марик разводит руками.
— Мама любит приехать пораньше. Поэтому, красавица моя, давай-ка ускоримся.
То, что происходит потом, заслуживает отдельной сцены в фильме «Пила».
Потому что Червинский в буквальном смысле перебрасывает меня через плечо, несет в ванну, ставит в душевую кабинку и со словами «Надеюсь, ты сделала глубокий вдох» до упора откручивает вентиль холодной воды.
Я его убью.
Мне нужно несколько секунд, чтобы перевести дыхание, давясь, проглотить крепкие русские слова — единственные адекватные звуки, которые я могу издавать в этой ситуации.
С другой стороны, если альтернативой… гмм… бодрящему душу, было бы нелицеприятное знакомство со свекровью, то не такой уж Марик и засранец.
Тьфу ты, что у меня в голове?! Какая свекровь?
Я фыркаю от льющей в нос и глаза воды, наощупь нахожу вентиль и подбираю комфортную для себя температуру.
