Чисто и, что удивительно, уютно. Картины, красивые вазы. Мне здесь нравится, я была бы не против останавливаться в таком отеле.
– Убедилась, что с твоим дружком всё в порядке?
Вздрагиваю от неожиданности и как-то растерянно киваю.
– Пошли тогда.
Дикарь берёт ручку и чистый листок бумаги, что лежат возле телефона и пишет: «Номер оплачен до 14.05. Не за что».
Даже здесь он позволяет себе проявить наглость. Ну что за человек такой? Никогда не понимала, как люди, ничего из себя не представляющие, корчат не пойми кого.
Но в этот раз я сдерживаюсь. Молчу. Сейчас я выйду на улицу, сяду в машину с папиным водителем и уеду домой. Забуду этого дикаря и сегодняшний вечер, как страшный сон. Позже, может, через месяц или два, расскажу Саше, и мы посмеёмся над всей этой нелепой ситуацией. Именно так и будет, а пока надо укрыть Влада одеялом и ехать со спокойной душой домой. С другом любимого я поговорю позже. Узнаю, зачем он ко мне приходил и что за правду собирался рассказать.
Но я не успеваю отойти от Влада, как он распахивает глаза, и пьяно тянет:
– Люба-а-аша.
Влад хватает меня за руку, дёргает на себя (откуда только силы взялись?), я теряю равновесие и падаю ему на грудь.
– Я ща всё расскажу, всё-всё, – бормочет, – только поцелую тебя, ладно?
Глава 3
Не понимаю, откуда в этом полуживом теле взялось столько сил. Потому что вырваться из его захвата у меня не получается. Дёргаюсь, а в итоге оказываюсь прижата ещё сильнее. Влад тянет ко мне свои губы, но от его амбре меня начинает тошнить.
– Гляди-ка, очухался.
– говорит папин рабочий и вырывает меня из крепкой хватки.
В этот момент я благодарна ему и даже рада, что он здесь.
– Люб-ба-а-ашка, – заикаясь, стонет Влад, теперь вместо меня он пытается руками схватить воздух.
Потерпев неудачу, его руки обессиленно падают вдоль тела, из его горла вырываются непонятные булькающие звуки, кажется, он снова вот-вот захрапит, но Влад поворачивает голову и смотрит на меня.
– Он с ней уехал, ик, – говорит Влад, – с дурой люб…, ик, …бящей его, ик.
Влад начинает смеяться, а меня прошибает холодный озноб.
Неужели Влад говорит о Саше? Нет. Этого не может быть.
Не хочу в это верить. Влад просто перепил. Он же невменяем! Что-то путает. Или говорит вовсе не о Саше, но зачем тогда он приехал ко мне?
– Сашка с женой уехал, ик, – сквозь смех вперемешку с пьяной икотой, звучат страшные слова.
Влад начинает ржать. Мерзко. Я морщусь от отвращения. Отступаю назад. Влад же наговаривает на друга?! Ну не может быть у Саши жены.
