От южной стены лишь невысокий участок остался, его нарастили неровной баррикадой из некрупных камней. Забраться на них ничего не стоит, хотя и не сказать что совсем уж легко. Зато, оказавшись наверху, можно сторицей отомстить за все неудобства, наказав острым железом тех, кто возвел разнообразные препятствия на пути джентльменов удачи.
Пираты даже не догадывались, что действуют строго по плану, причем чужому. Ведь нетрудно догадаться, что сунутся именно здесь, – слишком очевидный вариант.
И земляне к нему как следует подготовились.
Зимой у них было много свободного времени, которое можно потратить на высокотехнологичные проекты. Помимо прочего слегка освоили литье, и не только в теории, были и практические результаты. Например – пушка. Точнее – пушечка. Так себе, смешная мелочь, язык не поворачивается артиллерией назвать. Но на эту мелочь ушла прорва отборной меди, да и пробные стрельбы показали, что пороха она жрет тоже прорву. Ввиду дефицита сырья дальнейшие опыты с крупным калибром свернули до лучших времен.
Но пушка осталась, пустить ее в переплавку ни у кого рука не поднялась. А уж сколько матерных слов было произнесено в процессе транспортировки сначала рекой, а затем местами посуху. Ведь сюда ее притащили от самого старого поселка – несколько дней далеко не самого простого пути.
Холод лично проектировал укрепления, позаботившись о том, чтобы на всех углах вперед выступали опорные пункты, из которых можно вести стрельбу во все стороны, в том числе и вдоль линий стен и баррикад.
То есть, несмотря на кажущийся хаос, оборону старались строить по правилам фортификационного искусства."
"Пушка стояла в одном из таких укреплений, ее жерло смотрело вовсе не на море, и не на реку, а вбок. Как Холод и приказал – уставилось параллельно баррикаде, перед которой сейчас скапливались пираты. При всей своей напускной бесшабашности они не торопились лезть наверх в одиночку, обоснованно подозревая, что там их могут ждать негостеприимно настроенные хозяева поселка.
И лишь когда бо́льшая часть разбойников перетекла сюда от стены, запершей улицу, туземцы, прибавив крикам громкости, дружно ринулись на приступ.
Пушка плюнула пламенем и дымом в тот миг, когда первые только-только добрались до середины, а задние еще даже не начали карабкаться. Для такого случая ее зарядили сотнями увесистых комочков свинца. Расточительно, конечно, при нынешнем металлическом голоде, зато эффект куда круче, чем у «бюджетной» каменной картечи.
