Мне бы с мамой сначала объясниться. Последний пропущенный от неё был всего лишь десять минут назад. А время уже близится к восьми вечера.
Убрав телефон обратно в клатч, я сжимаю волосы ладонями. Пропускаю их через пальцы, слегка болезненно оттягивая. Мне нужно срочно что-то придумать. Оправдаться. Наврать. Да что угодно. Только в голову ничего не идёт. Сейчас там сияет радуга и летают облака в виде сердечек.
Такси, вызванное Тимом, приезжает быстро. Оно уже ждёт нас, когда мы поднимаемся от моего участка по улице.
Я снова одета в его чёрное худи поверх платья. Ведь моё пальто до сих пор висит в гардеробе академии. Так что Тиму пришлось довольствоваться тонкой ветровкой, накинутой на футболку.
К такси мы идём, сохраняя таинственное молчание. Я разрешаю себе ни о чём не думать. Ни о маме, ни о сообщениях Сони. Просто впитываю в себя этот момент: моя ладонь сжата в ладони Тимура. Он перебирает мои пальцы в своих. А я иногда искоса поглядываю на него, если проходим под светом уличных фонарей.
Тимур ведёт меня за руку с непривычно спокойным, нет — блаженным выражением лица.
У машины оба стоим несколько минут. Даже не целуемся. Прикрыв глаза, Тимур просто прижимается к моему лбу своим. Я чувствую его дыхание у себя на губах и поглаживаю ладонями колючий ёжик на затылке Тима.
Никуда не хочу.
Но таксист оглашает пустую улицу громким сигналом. Я дёргаюсь в руках Тимура, а он лишь крепче меня обнимает и шепчет:
— Ну… пока?
— Пока, — вздыхаю я.
Тим ловит мой вздох губами. Целует, запуская ладонь мне в волосы.
И кажется, что сейчас я готова взвыть от нежелания отрываться от него, всё это заканчивать и садиться в это чёртово такси.
Тянусь. Обнимаю. Прижимаюсь к Тимуру. Сильно-пресильно. А он улыбается через поцелуй.
В машину я сажусь как без вина пьяная. Голова кружится. В теле расслабляющая нега.
Я оборачиваюсь, когда такси отъезжает от спуска, ведущего к моему участку. Смотрю вслед Тиму. Он накидывает на голову капюшон ветровки и удаляется вниз по ступенькам, сливаясь с темнотой улицы.
"
"Я понимаю и очень остро чувствую, что оставила на той веранде что-то большее, чем просто одного Тимура…
***
Почти всю дорогу до дома я прихожу в себя. То кусаю губы, то прижимаю к горячим щекам холодные ладони… Я закрываю глаза и проваливаюсь в то интимное, что произошло у меня с Тимуром.
Он спросил: жалею ли я? Нет. И мысли не было.
Но мне не хочется кричать об этом на весь мир. Иногда в школе я слышала подобные хвастливые разговоры одноклассниц.
