Но взгляд против воли опять летит в сторону Горина."
"На нём уже синие джинсы. Они расхлябанно расстёгнуты, демонстрируя чёрные боксеры с белоснежной резинкой. Теперь Тимур не повернут ко мне спиной, и я вижу все его тату от плеча до плеча. А ещё замечаю маленькую серьгу в левой мочке уха.
Горин стоит и, вальяжно закинув руку на шкафчик, пялится на меня. Я кожей ощущаю, как он ведёт свой взгляд от моих ног и выше: бедра, руки, плечи... И он не смотрит похабно. Тимур рассматривает меня, сжавшуюся в комок на лавочке, едва прикрытую полотенцем, как зверюшку.
С задумчивым, холодным интересом в глазах. И его взгляд быстро добирается до моего лица.
— Отвернись, — шепчу ему одними губами.
— С чего вдруг? — Глаза Горина испытующе смотрят в мои. — Ты рассматривала мой зад, а я хочу поглазеть на твой. Баш на баш, — уголки его крупных губ издевательски приподнимаются.
Всего секунда зрительного контакта, и сотня мелких капелек испарины покрывают мой лоб.
— Так, ребята! — Громкий хлопок двери отрезвляет всех присутствующих.
В раздевалку как к себе домой заявляется преподаватель. Но сразу же застывает на месте. — Это… что такое? — он ошалело распахивает глаза. Ведь перед ним картинка из фильмов для взрослых. Четыре полуголых парня и я в одном полотенце. В растерянности препод хватает ртом воздух и густо краснеет, а потом вообще покрывается пятнами, когда видит того голого идиота, что пасётся возле меня. — Мельник! Горин! — взрывается он. — Вы чего здесь устроили… Девушка, а вы кто?
Всё. До моей истерики остались секунды.
Меня колотит так, что зуб на зуб не попадает.
— Отвернитесь, — уже выкрикиваю я.
Теперь преподаватель бледнеет и отворачивается к стене. И не только он. Тимур и другие парни отводят от меня взгляды.
И я наконец срываюсь с этой чертовой лавочки. Подскакиваю на ноги, одним движением оборачиваю своё голое тело полотенцем, хватаю сумку с пола и вылетаю из своего личного ада.
Руки трясутся, ноги тоже. Я вообще трясусь вся. В нашей раздевалке натягиваю на себя вещи, путаясь то в лифчике, то в джинсах…
Всё валится из моих рук.
В голове полный хаос.
Домой. Мне нужно домой. Совру что-нибудь маме, скажу, заболела, но сейчас спокойно сидеть на парах не смогу.
Я выскакиваю из спорткомплекса на широкий проспект, где всё гудит от застрявших в пробках машин, даже не накинув на себя ветровку. Прохладный порыв ветра сразу же бьёт меня по пылающим щекам и забирается под широкий край толстовки, разгоняя по животу и спине мурашки.
