Глаза наполняются слезами, готовыми заскользить по моим щекам. Внутри всё слиплось от страха и тошноты.
А за стеной уже стоит адский вой.
— Ну сучёныш. Молодец, — слышу голос Пахома через доносящиеся крики толпы.
Я поднимаю голову и открываю глаза. Он снова стоит рядом со мной в этом узком коридорчике и пускает сизый дым. И улыбается во весь кривозубый рот.
— Чего сидишь? Ты глянь, как раскулачил твой звездюк по рингу того чувака.
— Раскулачил? — боязливо переспрашиваю я.
— Ага. Я ж сказал — не ссы.
Тимур выиграл. Готовься сегодня поздравлять своего героя, — Пахом подмигивает мне и заодно показывает языком и щекой пошлый жест, обозначающий минет.
Я замираю, сидя на корточках. Даже пропускаю мимо ушей и глаз похабные намёки Пахома, потому что мне важна другая фраза. Цепляюсь за неё как за спасательный круг.
Тимур выиграл.
— Правда? — смотрю на шрамированое лицо амбала во все глаза.
Ушам поверить сложно. Я ведь всего пару минут назад видела Тима, лежащего на полу.
— А ты что не слышишь, как ликуют те, кто на него ставил? — Пахом делает очередную затяжку.
Из моих лёгких вырывается опустошающий выдох. Дрожащими руками опять натягиваю капюшон толстовки на голову, глотая непрошеные слёзы. Прикладываюсь лбом к коленям. Боже! Тимур выиграл. И мне уже неважно, как он это сделал.
Главное, я не увижу его бездыханное тело посреди ринга. Губы сами тянутся в улыбку.
— Жди его. Сейчас явится, — говорит Пахом.
Я послушно поднимаюсь на слабых ногах, а амбал смотрит на меня, выпуская дым изо рта.
Тушит сигарету о стену и с ухмылкой наблюдает за тем, как я с глупой улыбкой и слезами на глазах скрываюсь в его каморке.
***
Тим возвращается туда не сразу. Я жду его, безостановочно меряя шагами тесную комнатку Пахома. Не знаю, сколько проходит времени — мне кажется, что какая-то проклятая вечность, прежде чем Тимур появляется в дверях.
Я замираю посреди каморки. А он стоит напротив. Уже в одних джинсах и кроссовках. Через голое плечо переброшено чёрное худи, а в правой руке крепко зажаты ручки спортивной сумки.
Взгляд Тима замученный. На бледном лице запёкшиеся следы крови, да и на обнажённом, блестящем от пота торсе тоже.
— Ты… — шепчу ошарашенно, панически скользя взглядом по напряжённым мышцам Тима. — Мамочки…
Моё воображение рисовало страшные картинки. Вплоть до того, что Тим будет вползать сюда в прямом смысле этого слова. Но он выглядит гораздо лучше, чем я представляла.
