Улыбнулась, сказала, что хочет в душ, а он снова притянул ее к себе, снова покрывает поцелуями, снова опрокидывает на измятые простыни, нависает сверху, разводит ноги, мышцы которых болезненно напоминают о том, что они делали всю ночь.
– Ощущение, что ты занимаешься сексом впрок, – усмехнулась она…
– С тобой невозможно впрок… Мне мало тебя… Мне все время чудовищно малооо… – медленно заполняет ее, словно пытаясь охватить каждый миллиметр плоти.
Снова они доходят до пика удовольствия одновременно, снова пытаются отдышаться, обессиленно распластанные на постели.
– А теперь можно в душ? – спрашивает в полушутку Влада.
Проводит рукой по ее лицу.
– Я не хочу, чтобы ты смывала мой запах со своей кожи… – говорит серьезно, собственнически.
Она молчит, не споря. Смотрит на потолок. Думает.
– А если я скажу, что не хочу уезжать…
– И я не хочу, чтобы ты уезжала, Влада… Вопрос не в наших желаниях…
– Разве? Не в них? Хотя да, не в наших.. В твоих… – в голосе скользит обида, за которой скрыта паника.
Наступило утро, а с ним осознание того, что она панически боится одиночества. Что ее ждет там, на побережье, в пустом огромном доме… Вдали от него, отрезанной от всего мира… Ее тюрьма день ото дня становилась все более неприступной и одинокой…
Не стал вступать с ней в очередные споры. Встал, надел вчерашние джинсы, поднятые с пола, куда наспех бросил их накануне, в нетерпении оказаться с ней кожа к коже.
– У тебя час на сборы. Надень что – то удобное. Вещи собирать смысла нет.
Там все есть, а если что – то нужно из имеющегося, Суад все подготовит, только скажи ей. Кстати, она едет с тобой, чтобы не было скучно… Только прилетит чуть позже.
Прекрасная компания, нечего сказать… Служанка, которая теперь патологически чурается общества Влады…
***
Девушка с минуты на минуту ждала, что ее позовут вниз выезжать, но внезапно по внутреннему телефону позвонил Васель и сказал, что их выезд сдвигается на пару часов, дескать по соображениям безопасности… В итоге выехали они только к вечеру… Все это время его она так и не видела, он был поглощен какими – то делами в кабинете и никак не мог вырваться, а она провалялась в комнате, одетая на выход, за просмотром арабских клипов.
Они выехали вовремя. В целях максимальной конспирации сели в неизвестные ей ранее внедорожники. Васель не стал брать с собой много народу из числа охраны – объективно условия были такими, что излишнее внимание к большому кортежу было тоже не нужно.
