Идеальный муж… И я даже не знаю, чем могу тебя отблагодарить, за все….
Все было для счастья. И вроде бы как надо было быть счастливой. Дом- полная чаша, красивая семья, успех в ее деле. Вдохновение не покидало, книги продавались прекрасно, поклонники засыпали восторженными отзывами. Именно книги помогли ей преодолеть состояние, когда хотелось броситься с их тридцатого этажа камнем вниз… Только уход в писательство помогал забыться, хотя бы на несколько часов в день, от той боли и пустоты, которая разъедала сердце, словно соль… Депрессия- это не красивое лирическое слово для обозначения состояния бренной неги, когда хочется просто поваляться с книгой, пред телевизором, попивая чай из фарфоровой чашки.
Это тяжелая болезнь… Страшная… Она познала это полтора года назад, почти вычеркнувшие несколько месяцев из ее жизни… И только творчество, только внимание и забота Карима, который вовремя понял, что теряет жену в физическом смысле этого слова, помогли ей выбраться из той ямы безнадежности… И, конечно, любовь к сыну, которая в один из тех самых страшных дней, когда ее накрывало отчаянием и безысходностью, остановила ее буквально в шаге от того, чтобы сделать с собой нечто непоправимое…"
"– Подари мне еще одного наследника, асфура… Давай снова попробуем… Врачи говорят, все в порядке, можно,– шепчет ей на ухо…
Влада внутренне напряглась… Не этого разговора она ждала сейчас, и в то же время, понимала, что он неизбежен… Он дамокловым мечом висит над ней уже четвертый год… Пожалуй с тех самых пор, когда она подпустила его к себе как жена, когда добровольно вошла к нему в кабинет в этом статусе, в статусе той, кто обещал всецело и безраздельно принадлежать ему… всегда… И даже когда он тактично отступал, понимая, что не время говорить о детях, как, например, когда она сидела на транквилизаторах сразу после выкидыша, Влада видела это напряженное ожидание в его глазах…
Она молчала, внутренне сжимаясь.
Вспоминая тот ад двух лет назад… Ей только исполнилось 25 – и вместо того, чтобы радостно отмечать юбилей, они несутся в скорой в больницу… Его лицо бледное и напряженное, он сжимает своей большой теплой ладонью ее холодную влажную руку, а Владина дрожь все никак не унимается.
