Переворачивайся, – говорю ей и показываю шприц в руках, и ровно тогда, мне кажется, она даже оживает и находит в себе внезапно появившиеся силы.
– Это что?! – орет на меня шепотом, кивая на шприц в моих руках.
– Антибиотик. Ты, бестолковка, заработала себе ту стадию ангины, которую без этого не вылечить. Переворачивайся, говорю, или мне самому тебя перевернуть?
– Я не доверю тебе свою задницу, – ворчит она. Ставит кружку с чаем на тумбочку рядом с кроватью и складывает руки на груди, на самом деле находя в себе силы на сопротивление.
Она точно наполовину робот.
– На задницу твою не претендую, я не то чтобы фанат такого секса, но если тебе нравится… – Улыбаюсь от того, как она закатывает глаза. – Саша, надо сделать укол. Сейчас лекарство свернется и будет еще больнее.
– Ты что, еще и медсестричкой подрабатываешь? Откуда такие познания?
– У меня мама врач, я с шести лет бегал к ней на работу и учился делать уколы на куклах. Так что там с задницей?
– На нее и без твоих уколов пришлось слишком много приключений с твоим появлением в моей жизни!
– Да-да, согласен.
Штаны снимай.
– Да чтоб тебя! – Если бы она не говорила шепотом, она бы орала на весь дом, серьезно. Даже с больным горлом еле слышно умудряется повышать голос. – Никаких уколов.
– Я уложу тебя на колени, ты же понимаешь?
Она опять закатывает глаза, прекрасно понимая, в какой позе ей придется оказаться, если я выполню обещание. А я опять кайфую от ее реакции на эти слова.
– И отшлепаешь? – говорит она явно быстрее, чем успевает подумать, потому что быстро закусывает губу и зажмуривается, точно ругая себя в мыслях за сказанное.
– Как только поправишься – обязательно. Обещаю.
– Иди к черту, – ворчит на меня, но наконец-то переворачивается на бок, всем своим видом показывая недовольство. – Если будет больно, я тебя прибью.
– Будет, – киваю, спуская свои штаны с ее ягодицы своими руками. Не думать, не думать, не думать, не смотреть и не думать… – Потому что это очень болючий антибиотик.
И прибивай за все это лучше себя, я ни в чем не виноват.
– Как будто я виновата в том, что забо… ай!
Она хнычет, пока ввожу лекарство, потому что это действительно очень больно. И мне хочется одновременно отчитать ее за то, что довела себя до этого, и поцеловать в макушку и пожалеть, чтобы ей стало легче.
Сашка держится молодцом, но пару раз все-таки всхлипывает, и я все-таки выбираю вариант пожалеть, а не отчитывать. Толку уже? Она все равно болеет.
