Рядом со мной приземляется стопка одежды, а сам Тимур замолкает, стоя надо мной и сложив руки на груди. И отчего-то мне кажется, что он вообще не шутит.
– Что это?
– Это вещи. Женских у меня нет, но в любом случае это удобнее брюк и блузки. Ты сможешь сама переодеться или нужна помощь?
– Я не буду надевать твои вещи. – От частого шепота горло начинает болеть сильнее, и я снова сильно жмурюсь от боли, пытаясь сглотнуть скопившуюся слюну. Боже, как больно! Такого еще не было, как жить-то с этим?
– Значит, я надену на тебя их сам.
Выбирай, пять минут у тебя."
"Он выходит из комнаты, чуть громче прошлого раза закрыв дверь, и я прикрываю глаза от безысходности.
Ну как я так влипла-то?!
Уверена, он не шутит и вполне спокойно начнет переодевать меня сам. А я не хочу! У меня полупрозрачное белье и… И шрамы. Не хочу я.
Поэтому с огромным усилием, но кое-как, не вставая с кровати, стягиваю с себя брюки и влезаю в просто огромных размеров спортивные штаны. Встану – слетят сразу же, я уверена.
А вот с футболкой дела обстоят куда тяжелее, я и правда не могу найти в себе силы, чтобы просто подняться с кровати. Мне еще никогда не было так плохо, даже после операции я была гораздо бодрее. Неужели банальная ангина может давать такой эффект? Кошмар…
Когда я пытаюсь встать, входит Тимур. Смотрит на мои попытки подняться и закатывает глаза, подходя ко мне.
– Мир не рухнет, Саша, если ты попросишь помощи.
– Мой – рухнет.
– Значит, соберем его обратно. Вместе или я сам.
Он аккуратно поднимает меня и усаживает на подушки, не слушая тихих протестов, стягивает с меня блузку и надевает свою футболку, которая сидит на мне так, словно кто-то перепутал одежду с чехлом для машины.
Я снова не успеваю прикрыться или даже смутиться, он делает все очень быстро и даже не смотрит на меня.
А потом убивает меня своей наглостью, когда лезет под футболку и одним быстрым движением двух пальцев расстегивает мой лифчик. И делает это так спокойно, словно все в порядке вообще и он занимается этим каждый день.
Словно мы близки настолько, что он может себе это позволить. Словно… Да не знаю я, что словно! Я в ужасе просто!
Он как ни в чем не бывало возвращается на кровать и начинает закатывать штанины так, чтобы они не болтались ниже ступней. Тимур длинный до ужаса, конечно, его вещи на мне просто огромные.
А потом он берет носки с явным намерением надеть их на меня, но я успеваю высказать тихий протест, скривившись от боли в сотый раз.
