Хочу, чтобы она хохотала громко и заразительно, как умеет, кричала на меня, фыркала, злилась, улыбалась, хмурила брови и складывала губы трубочкой в недовольстве. Чтобы была живым солнышком, хочу.
– Где я… – Слышу голос, когда только отхожу от Сашки.
– У меня, – отвечаю сразу, присаживаясь около нее. Она все еще на границе сна и реальности, видимо, уже пытается очнуться и дальше побежать работать. Неугомонная.
– А что я делаю у тебя?
– Болеешь, как все нормальные люди, с постельным режимом и лекарствами. Спи, Саша, – говорю негромко и поглаживаю ее пальцем по щеке, с удовольствием отмечая, что она засыпает от этих слов и этого движения.
Глава 17
Саша– Александра… Саша, просыпайтесь…"
"Я слышу какие-то голоса, но не могу разобрать, во сне все это или наяву. Голос раз за разом повторяет мое имя, но такое ощущение, что я нахожусь под толщей воды, настолько плохо слышно. Мне жарко и холодно одновременно, болит каждая частичка тела, голова буквально лопается на две части, и из-за этого я не могу вынырнуть из этого жуткого состояния.
Я ненавижу это чувство. Оно похоже на выход из наркоза после операции. Я что, снова попала в больницу? Меня опять оперировали? Со мной снова что-то не так?
От этого бросает в дрожь, нет-нет-нет, мне же обещали, что все будет хорошо… Но следом приходит понимание, что низ живота не болит совсем, в отличие от головы и горла, и я все-таки стараюсь взять себя в руки и вынырнуть навстречу этому голосу. Вдруг это все-таки что-то другое?
– Давайте, вот так, еще немного…
Голос становится отчетливее, он точно мужской, но, кажется, мне незнакомый.
Я чувствую руки, много рук. Здесь кто-то еще?
С трудом, но заставляю себя разлепить веки, сразу же морщусь от слишком яркого света, но в итоге наконец-то борюсь с собой и окончательно открываю глаза.
– Доброе утро, – говорит все тот же голос, обладатель которого стоит передо мной. Какой-то мужчина, я его совершенно точно раньше не видела. Ему не больше сорока, но что я делаю здесь?
А где…
Пытаюсь понять, где нахожусь, осматриваюсь.
Огромная спальня, я на кровати, около которой стоит тот мужчина, а рядом сидит Тимур, касаясь руками моих щиколоток. Приехали…
И что происходит?
Ладно, радует то, что я точно не в операционной. Не радует то, что, кроме этого факта, я все еще ничего не понимаю.
– Саша, это врач, – говорит Тимур, видимо заметив мое выражение лица – Никита Петрович, лучший в городе. Он тебя осмотрит, хорошо? Ты заболела и упала в обморок.
О черт… Я что-то помню.
