Обычно собранная рядом со мной, сейчас Саша ведет себя совершенно иначе, и я та-а-ак кайфую от этого, что даже голова немного кружится.
Я отмахиваюсь снова, но она меня не слышит. Отчего-то ей мое разукрашенное лицо не дает покоя, и мне становится очень интересно почему.
– Саш, ну я все равно его уже никуда не дену, – развожу я руками. Ну правда ведь, куда? Резко превратить открытие ресторана в бал-маскарад и напялить маску? Так себе, конечно, решение.
– Я спрячу! – говорит она внезапно слишком довольно и лезет в свою сумочку.
Меня от нее как ураганом сносит, сегодня эта Саша – какой-то совершенно другой человек. Я такую не видел еще, но мне определенно нравится, я еще хочу. Она достает из своей сумочки какую-то небольшую баночку и со счастливым видом говорит: – Это консилер!
– А по-русски? – хмурюсь.
– Тональное средство, скроет твой фингал, – закатывает она глаза и идет от меня в сторону бара. Это приглашение пойти за ней? Допустим. Иду. – Садись, – кивает мне на стул, – буду прятать.
– Саш, это необязательно… – меня смущает авантюра, в которую меня пытаются втянуть.
– Нет, это обязательно! – стоит она на своем, а потом хватает меня за предплечье и буквально силой усаживает на стул. Ого. – В любой ситуации нужно выглядеть так, как того требует дресс-код. У тебя ресторан открывается, а тебя как будто ногами пинал кто-то! Это некрасиво, а еще неуважительно, – продолжает преподаватель Александра Вячеславовна, и от этого поучительного тона и образа в целом я готов тут хоть неделю сидеть, пусть она только не останавливается.
– Люди придут на праздник, а его виновник с разукрашенным лицом? Не разочаровывай меня, Тимур. Вот я сегодня спала три часа, по мне видно? Нет! А под слоем этого же консилера такие мешки под глазами, что в них можно лук хранить. Но никто и не подумает об этом, когда меня увидит, потому что я…
Я не даю ей договорить. Потому что меня охренеть как сильно волнует то, что она сказала.
– Почему ты не спала? – спрашиваю и хмурюсь, и Саша резко замолкает, а потом широко-широко раскрывает глаза. Как будто забылась и наговорила лишнего. Черт… На хрена перебил?
– Не твое дело. – Она снова меняется, и я снова еду крышей. К этому невозможно подготовиться, клянусь. Я почти уверен, что такое поведение связано с каким-нибудь особенным днем ее цикла. У меня просто мама гинеколог, я об этом слышал столько, что запоминал даже то, что не хотел.
