"
"Сегодня я трачу дополнительные полчаса не только на монологи у зеркала, но и на неожиданно яркий для себя макияж. Для кого-то это супердневной мейк, но я практически не крашусь, так что… Мне идут стрелки, особенно когда получаются ровными, и я кручусь у зеркала на пару минут дольше, любуясь результатом. Еще и волосы после пучка лежат на плечах такими волнами, что я не решаюсь портить их хоть какой-то прической.
Болтаю с Дашкой по видеосвязи, она снова не спит в очень раннее для себя время, нас обеих удивляет этот факт, но, видимо, она просто наконец-то смогла наладить свой режим.
Мимо телефона пробегает Леха, когда я хвастаюсь Дашке своим образом, и кричит в трубку:
– Ты на свиданку собралась? А как же Тимур? Не выдержал?
И я зависаю. На какую свиданку? У меня просто хорошее настроение, поэтому я так и выгляжу.
Да? Да!
– Тимур этот твой, – ворчу на Лешку, а он снова появляется в камере, но уже слишком близко, и с гадкой улыбкой говорит:
– Или твой?
– Да ну вас, – закатываю глаза. Еще я Захарова буду слушать, как же! Словно назло ему, подкрашиваю губы блеском и кидаю немного косметики в сумку, чтобы поправить, если что-то за целый день смажется.
Добираюсь до бизнес-центра и погружаюсь с головой в преподавание. От детишек получаю несколько комплиментов, все заметили, что у Александры Вячеславовны сегодня макияж, никто не забыл упомянуть об этом.
Ловлю себя на радостной мысли, что у Макара, сына Ильи Владимировича, сегодня нет занятий. Отчего-то я не хотела бы с ним сегодня видеться. Меня и так его взгляды немного пугают, боюсь, сегодня он одними взглядами мог бы не обойтись и снова начал бы говорить свои глупые комплименты.
Ругаю себя за то, что за рисованием этих самых стрелок я не нашла времени на полноценный завтрак, а только перекусила сэндвичем с чаем, потому что к обеду мне хочется есть слишком уж сильно… Но как только я хочу выйти в свой перерыв и перекусить где-то, ко мне врывается какая-то женщина и около получаса уговаривает меня взять ее сына на индивидуальные занятия, совершенно не слыша о том, что окошек нет вообще.
Я предлагаю ей группу и занятия два раза в неделю, но об этом она и слышать не хочет, продолжая вопить.
– Мы можем приходить хоть к шести утра! – говорит дама, совершенно забывая у меня спросить, могу ли к шести утра приходить я.
В итоге, когда я наконец-то уговариваю ее попробовать в группе и обещаю, что у нас профессионалы и все учат детей хорошо в любых количествах, от моего обеда остается пятнадцать минут. Супер.
