Просто до отвала башки! На каждый поцелуй и каждое касание отзывается стонами и легкой дрожью, это сумасшествие…
Притягиваю к губам ее руки и целую пальцы и кисти, а потом понимаю, чего не хватает. Нет-нет, так не пойдет. Надо исправить.
Тянусь рукой к тумбочке и достаю оттуда так вероломно стянутое с пальца кольцо с тем самым голубым камнем, которое я выбирал с особым трепетом и мыслями о том, что, приняв его, Саша сделает нас счастливыми.
– Верни на место, – говорю ей, задыхаясь, и надеваю его на тонкий пальчик.
Оно чуть большевато, Сашка похудела на нервах. – И никогда не снимай, ясно тебе? Тут его законное место. Потому что ты навеки моя.
– Хорошо, – кивает она, на секунду закрывая глаза. – Не сниму, обещаю.
– Я люблю тебя…
А потом весь мир отходит на второй, третий или даже десятый план. Весь чертов мир летит в бездну, потому что, когда Саша в моих руках, мне вообще ничего не важно.
Мы не отрываемся друг от друга, целуемся, касаемся, раздеваемся до конца, дразним друг друга или просто издеваемся, не знаю… Это до боли сладко и горько одновременно.
Больно и счастливо, так бывает вообще?
Мое сердце после недели молчания снова стучит и лупит в ребра так сильно, что они превращаются в крошево. Но ради нее я и это стерпеть готов. Только пусть рядом будет.
Мы стонем громко вдвоем, когда сливаемся в одно целое, смотрим в глаза друг друга и задыхаемся от эмоций.
Я не могу поверить. И насытиться тоже не могу.
– Моя Саня… – как обезумевший шепчу ей, двигаясь медленно и зацеловывая грудь и ключицы Саши.
Она стонет, черт, так сладко стонет и царапает мне спину и плечи, что я не сдерживаюсь и срываюсь на быстрый темп, улетая с Сашей вместе в самый эпицентр наслаждения.
– Мой… – шепчет она с закрытыми глазами и дрожащими губами, когда выгибается в спине и кончает.
И эта ночь кажется просто бесконечной. И одновременно с тем пролетает очень быстро. Мы любим друг друга до самого рассвета. Отчаянно, сладко, долго, нежно и грубо, медленно и быстро.
А потом обещаем друг другу, что обсудим все утром, и засыпаем, обнявшись.
Как и всегда.
И нам хорошо…
* * *В постели становится холодно. Я открывал окно на проветривание и забыл закрыть?
С закрытыми глазами пытаюсь найти одеяло, чтобы прикрыть явно замерзшую Сашку, но вдруг понимаю, что касаюсь только голой постели.
Какого черта?
Подрываюсь. Саши нет, постель пуста, и холодно мне было явно не от окна.
– Саш? – кричу, надеясь, что она просто вышла в душ, туалет или выпить воды на кухню.
