– Поговорить, или поставить условия, мама?
– Мартин, пожалуйста, – взмолилась Елена. – Артур, я говорила тебе, что ты не прав, но ты никогда никого не слушал. Почему нельзя оставить Мартина в покое?
– Потому что он должен сохранить то, что я ему передал, – ответил Артур жене. – Ты не должен был разводиться с Ангелиной, бросать компанию и жениться второй раз!
– Тогда ты тоже не должен был уезжать в Нью-Йорк. Нужно было остаться работать в своей компании, – парировал Мартин.
– Я не мог поступить иначе.
– Папа, я тоже не мог поступить иначе, и Виталию Ефремовичу сразу об этом сказал, а ты, вместо того, чтобы помочь ему найти замену, обвинил во всём Веронику.
– Я её ни в чём не обвинял, а попросил не рушить твою карьеру.
– Она никак не касается моей карьеры, папа.
– Артур, хватит! Ты невыносим! Я не хочу ещё несколько лет не видеть своего сына! Мартин, Вероника, пожалуйста, не сердитесь на него, – попросила Елена.
К счастью у меня раздался сигнал, оповещая, что Кирилл проснулся, я извинилась и ушла наверх.
Выдохнула, только когда закрыла дверь. Пусть сами разбираются.
– Привет, – улыбнулась сыну. – Кто у нас проснулся?
– Я, – ответил сынок, протягивая ручки.
– Иди ко мне, счастье моё, – произнесла.
– И моё, – эхом повторил Мартин, обнимая меня и сына.
– Зачем ты поднялся? – спрашиваю с раздражением.
– Чтобы быть там, где хочу, – отвечает Мартин.
– Твои родители будут не довольны. Они никогда не примут меня и не одобрят твоего поступка.
– Мне всё равно.
– Мартин, тебе не может быть всё равно, потому что они твои родители.
– А ты моя жена, и мать моего сына. Или ты забыла? – Мартин провёл руками по моим бёдрам."
"– Перестань, у меня Кирилл.
– И что? Кирюша, маму же можно целовать?
– Дя, – разрешил сынок.
– Вот видишь! Нас двое! Или уже не двое? – вдруг спросил Мартин.
– Нет.
– Жаль. Надо срочно исправлять эту несправедливость.
Глава 54.
Больше подобных разговоров, пока Артур с Еленой жили с нами, не было. Мартин почти всё время был занят с отцом в кабинете, и мне было сложно сказать, кто кого там больше держит.
По крайней мере, сил на «воспитательные меры» у Артура Робертовича уже не оставалось. Елена тоже решала какие-то свои вопросы, исчезая из дома практически на целый день. Поэтому мы с Кириллом спокойно могли проводить время, как и раньше. Единственное, я старалась никуда не выезжать, потому что Мартин откладывал все дела и ехал с нами. Не стала «отбирать» его у отца.
Родители Мартина уехали через две недели.
