- Не знаю, может быть, это не имеет отношения... Но мне было неприятно. И если бы это случилось два года тому назад, даже полтора - я бы тут же кинулся в аэропорт и полетел домой.
- И что же случилось?
- Мне позвонили...
- Минутку, - перебила его Настя, - куда вам позвонили? У вас же нет телефона, насколько мне известно.
- Позвонили Наталье Александровне, когда я у нее был. Вчера вечером. Попросили меня к телефону.
- И?..
- И сказали, что у Яны есть любовник. Причем очень давний. Она с ним познакомилась еще до нашей свадьбы.
И якобы она специально спровоцировала ссору со мной, чтобы я уехал в Москву.
- Сочувствую вам. Это действительно неприятно. Вы хотите вернуться домой и все выяснить?
- В том-то и дело, Анастасия Павловна... Можете себе представить, какую веселую ночь я провел. Разумеется, я никуда не поеду, пусть Яна поступает, как считает нужным. Но я вот о чем подумал... Ваш коллега был прав, это мог придумать только дядя Петя. Я имею в виду Дыбейко. Он меня знает с детства, но в последние годы мы не встречались.
Все это мог придумать только человек, который хорошо знает, каким я был, но совершенно не представляет, каким я стал. Понимаете?
- Как схему - да, понимаю. Но хотелось бы конкретики, - осторожно ответила Настя, которая на самом деле понимала сказанное Русланом весьма и весьма смутно."
"- Мне всегда было интересно, что стоит за тем или иным фактом, поступком. Когда я был маленьким, я следил за людьми, записывал, кто когда куда и с кем пошел, кто откуда вышел, как был одет, что нес в руках.
Кто с кем общается или, наоборот, не общается. И из всех этих разрозненных фактов порой вырисовывалась цельная картинка, я вдруг начинал понимать, почему люди поступают так или иначе... Я испытывал восторг, когда часами просиживал за своими листочками с записями и вдруг начинал понимать, что дядя Вася изменяет своей жене с тетей Машей, а тетя Маша, в свою очередь, ворует на работе продукты, но не домой их несет, а тете Зине, которая, как выяснилось, ездит в соседний город ими спекулировать.
Я никому не делал зла, Анастасия Павловна, я ни на кого не доносил и никого никогда не шантажировал, я просто наслаждался своим умением искать объяснения разрозненным фактам. Мне всегда было интересно: а что за этим стоит? а как все было на самом деле? И тот, кто подбросил нам сначала записку, потом крыс, а потом фотографию надгробия, рассчитывал именно на это мое качество.
