Ну надо же было так нарваться на знакомство с объектом! И вроде слишком близко не подходил, а все равно нарвался. Старпом будет недоволен. С другой стороны, Ирек возвращается не с пустыми руками, а с приличными результатами. Никаких сомнений: бывший Юрий Симонов ныне имеет документы, жилье и легенды под двух человек, Виктора Слуцевича, сотрудника фирмы по торговле недвижимостью, и официанта Эдуарда Гусарченко. Думает, козел, если вместо одного нового имени возьмет два, так его труднее найти будет.
Как же, видали мы таких умных!
У выхода из аэропорта его уже ждали. Ирек сразу увидел знакомую ""Тойоту"", на которой ездили шестерки Старпома.
- Здорово,братан!
Знакомые лица, радостные улыбки, крепкие рукопожатия, похлопывания по спине. Иреку стало спокойно. Здесь он среди своих, здесь не нужно постоянно быть начеку, думать над каждым словом, над каждым жестом. Однако едва машина тронулась с места и отъехала от здания аэропорта, лица пацанов помрачнели.
- Ты... это.
.. - начал Кич, который сидел за рулем.
- Что? - еще не подозревая ничего плохого, весело откликнулся Ирек. Говори, не жуй сопли-то.
- Короче, - вступил в беседу Менингит, он же Шурик Меньшов, - Шаню того...
Ирек похолодел. Что - того? Убили? Ранили? Но кто? Почему? За что? Он понимал, что задавать эти вопросы пацанам бессмысленно, они и сами не знают ответов, а если знают, то промолчат, без команды Старпома рот лишний раз не откроют. Они знают, что со Старпомом шутить нельзя.
Коль сами заговорили об этом сейчас, стало быть, Старпом дал разрешение только проинформировать Ирека, но не более того.
- Когда? - только и спросил он, справившись с собой.
- Позавчера. Завтра похороны. Ты как раз успел, - заговорил Менингит уже бодрее, видно, обрадовался, что Ирек не стал задавать слишком много вопросов.
На протяжении всего пути до жилища Старпома Ирек думал о бате, на расспросы Кича и Менингита отвечал рассеянно и невпопад и с благодарностью расслаблялся, когда пацаны начинали сами рассказывать о делах бригады.
Затормозили у знакомого бетонного забора. Охранник, узнав Ирека, скроил подобающую случаю делано скорбную мину. Поднимаясь по лестнице, Ирек отчего-то сам с собой спорил о том, заговорит ли Старпом первым делом о Шане или сперва потребует полного отчета о московских делах. Старпом был жестко деловит и отчаянно лицемерен, это даже Ирек, не будучи приближенным к кормушке, хорошо знал.
