- Афанасьев? Распространенная фамилия, - осторожно ответила Настя, мысленно перебирая всех известных ей людей, носящих такую фамилию. - Ты кого-то конкретного имеешь в виду?
- Сорок пять лет, закончил юрфак МГУ одновременно с тобой, - уточнил Юра.
- Афоня?! Не может быть!
- Может, - спокойно подтвердил Короткой."
"- Да нет же, Юра, тот Славка Афанасьев, который сo мной учился, был из Калининграда, туда же и уехал. И вообще, он был такой раздолбай, из троек не вылезал.
- Подруга, между Калининградом и Москвой Берлинская стена не стоит и расстояние не миллион парсеков.
А что касается учебы, так ты в университете отличницей была, а толку-то? - ехидно поддел он. - За двадцать лет любой человек меняется и в худшую сторону, и в лучшую.
Но Настя все еще не верила. Афоня станет ее начальником вместо Колобка? Да быть такого не может!
Но тем не менее это произошло. Полковника милиций Вячеслава Михайловича Афанасьева назначили начальником ""убойного"" отдела.
Настю Каменскую он либо не вспомнил либо не узнал, во всяком случае, общался с ней новый шeф точно так же, как со всеми остальными сотрудниками и ни разу не дал понять, что они раньше были знакомы. Настю это более чем устраивало: чем дальше от начальства, тем лучше. А то начнет еще, пользуясь старым знакомством, вербовать ее в свои сторонники и через нее пытаться навести в отделе новые порядки или собирать информацию о подчйненных. Еще чего не хватало!
Через пару недель ей пришлось признать, что Коротков был прав - за двадцать лет люди и в самом деле меняются до неузнаваемости.
Сегодня в полковнике Афанасьеве трудно было заподозрить троечника Афоню, прогульщика, бузотера и любителя попить пиво вместо посещения лекции. Афанасьев производил впечатление крепкого профессионала. Но это был, конечно, не Колобок. Совсем не Колобок... И к этому тоже нужно было привыкать.
Одним словом, много нового случилось за последнее время в жизни Насти Каменской.
Муж снова убыл за границу, его не будет дома целый месяц, и она, дабы отвлечься от нервирующей ее ситуации с новым начальником и новым обликом жилища, решила попробовать научиться готовить. Хоть как-нибудь и хоть что-нибудь. И психику успокаивает, и для дела полезно. Отныне как только у нее выдавались свободные полтора-два часа, она брала с полки одну из многочисленных Лешкиных кулинарных книг и пыталась освоить очередной рецепт.
