Даже его жёсткий нрав не помеха.
Я без ума от мужа своей сестры.
Боюсь, что это проклятое влечение… однажды разобьет мне сердце.
Глава 9.
— Ну, как всё прошло, Мия? — строгим тоном расспрашивает меня мама, сидя в кресле, как на троне, с дымящейся кружкой в руках.
— Нормально, — опустив голову, смущаюсь, теребя руками пояс халата.
— Ты как следует удовлетворила Айдаров? — грозно выгибает брови.
— Эм… думаю, ему понравилось. Я старалась как могла, — развожу руками.
Для неё это всё ерунда, а у меня сердце не на месте.
Я думаю о Рустаме без перерыва, не могу успокоиться. Неспокойно на душе, хочется бежать обратно… в его сильные и властные объятия.
Но там сейчас нежится моя сестра.
От этого понимания становится очень плохо.
— Прекрасно, — гордо тянет она, делая глоток ароматного кофе.
Мать приоделась. На ней сияет очень дорогой шёлковый халат, а в ушах блестят серьги с бриллиантами. Выглядит иначе. Словно королева Англии за утренним завтраком.
Мама вернула себе положение, благодаря деньгам влиятельного миллионера, теперь она снова почувствовала себя “на коне” и стала вести себя иначе — надменно и напыщенно, как будто на её голове сияет золотая корона с бриллиантами, а сама она сидит не в обычном кресле, а на золотом троне.
Мама ещё раз пристально мажет по мне взглядом, морщась и прищурившись.
В комнате виснет пауза, отчего я неловко обхватываю хрупкие плечи руками, кукожась. Мать знает, чем я занималась в соседней комнате, знает весь дом, от этого понимания мне становится стыдно и неприятно.
Но я это сделала не ради удовлетворения похоти, а ради спасения семьи, жертвуя своей честью и… сердцем.
Сердцем?
Да.
Муж сестры ни на миг не выходит из головы.
Он удивительный, горячий жеребец. Как можно о таком не мечтать?
Надеюсь, мою жертву оценят по достоинству.
Хочется быть нужной.
Хочется быть благодарной.
Хочется сделать хоть что-то хорошее для любимых людей, которые меня вырастили и воспитали. В знак благодарности и уважения отцу, который сделал для меня очень много. Я хотела спасти его дом, его реликвии, в память о нем, которые значили для него слишком много, поэтому и отдала свою невинность в жертву.
Папу я любила больше всех на свете!
Он был мягким и добрым человеком. Но лишь со мной. Ведь я была его солнечным лучиком, приносящим счастье. А к другим людям Игорь Власов относился жестко и требовательно. Стоило ему только покинуть свой кабинет и завершить очередную встречу, увидев меня, его ледяное лицо преображалось за долю секунды.
