А сейчас возвращайтесь в зал и делайте вид, что вам весело. Особенно тебе, Эльвира.
— Ай!
Сестра всхлипывает, когда мать с силой наступает ей каблуком на ногу.
— Дрянь такая. Если у нас ничего не выйдет, я тебя на органы сдам или в рабство, раз Рустам, видите ли, тебе так противень. Раз ты у нас любишь трахаться со всяким быдлом, то швалью станешь в дешёвом борделе. И попадешь в свою стихию, позорище семьи!
— Не говори так, мама.
— Замолкни! Да ты просто шлюха дешевая, раз с водителем так тупо перепихнулась… И ради чего? Ради бесплатного сифилиса? Вы хоть предохранялись? Или завтра мы узнаем, что ты залетела от нищеброда?
У сестры опять начинается истерика.
Накрыв лицо ладонями, она давит в себе всхлипы.
— Я прошу тебя, — мне приходится вмешаться, но меня никто не слушает.
Рыкнув мать быстрым шагом семенит в дом, хватает бокал с подноса у официанта и залпом его осушает. Затем в ход идёт второй бокал, с которым она делает тоже самое.
Я обнимаю сестру и шепчу ей на ухо успокоительные речи.
— Ну все, успокойся, нам пора возвращаться.
Веди себя естественно. Я всё улажу, я помогу тебе. Всё будет хорошо. Он не оторвет нам головы… Не плачь! Мать просто пьяна.
Кивнув, немного успокоившись, Эля тоже возвращается в зал.
Опустив ресницы, я настраиваюсь на важную миссию, шепчу в уме:
“Так, спокойно, Мия, только спокойно”.
Сжимаю кулаки, так сильно, что ногти ладони пронзают.
Все обойдется… Все будет хорошо.
Надо просто взять и смириться.
Заранее настроится на страшную участь.
Вот это поворот конечно…
Вечер подходит к концу, уже даже отгремел праздничный салют.
Гости начали разъезжаться по домам, но мы с мамой должны были остаться в поместье Айдарова еще на несколько недель, чтобы поддержать сестру и насладиться здешними красотами.
Рустам в компании мужчин уединяется ненадолго в комнате для азартных игр, чтобы поиграть в покер. Это наш шанс.
— Пора. Сейчас самое лучшее время, чтобы подменить невесту.
Мать хватает нас за руки и обеих тащит в уборную."
"— Снимайте все тряпки.
Все до единой. И переодевайтесь!
Мы быстро скидываем платья, мама помогает мне надеть свадебное платье и затягивает корсет. Очень туго тянет. Невозможно дышать. Сразу видно, она в гневе. Затягивает веревочки от души.
Мы готовы. Замираем перед ней, встав в шеренгу. Мама тщательно нас осматривает, хмуря брови. Делает шаг вперед и распускает мои волосы, вынимая из причёски все шпильки. Затем, губы подкрашивает такой же помадой, какая была у Эли.
— Так, вроде порядок.
