Я почувствовала, как сердце в груди ускорило ритм, а во рту стало волнительно сухо, как только я увидела перед глазами острую иглу.
Он не успел ввести иглу в вену, как вдруг на всю палату раздался младенческий крик. Малыш заплакал очень громко и надрывисто. У меня моментально заложило уши, и я очень сильно испугалась, дернувшись к сыну, вырвав свою руку из руки врача.
— Доктор, что с ним?
Мужчина вдруг раздраженно рявкнул:
— Сидите смирно! Сейчас я быстро сделаю вам укол, потом младенца посмотрим.
Он буквально вцепился в мою руку, сжав запястье так сильно, что меня прошибло острой болью.
— Вы делаете мне больно!
Малыш кричал и кричал, с каждой секундой все громче и громче. Я так сильно испугалась, что заплакала. У него точно что-то болит!
Я опять вырвалась и крепко обняла Эмира, накрыв малыша своим телом, повернувшись к врачу спиной.
— Да не рыпайся ты! Дрянь…
Меня прошибло лютым холодом. Я замерла. Застыла как статуя. Вспомнила этот голос… И вспомнила эти алчные глаза…
— Рустам!
Дверь с грохотом вылетает, ударяясь об стену, в палату врывается двое мужчин.
Я жмурюсь, сворачиваюсь в клубок, защищая свою самую большую в жизни ценность, когда Давид уже заносит руку вверх для того, чтобы воткнуть в меня шприц.
А потом слышу выстрел.
Бах!
Тучное тело падает прямо за моей спиной, как мешок с камнями.
Я почти теряю сознание от страха.
Адреналин, вероятно, выплеснулся в кровь, поэтому я не почувствовала боли.
Кажется он… всё-таки успел вонзить в меня иглу.
* * *— Мия! Девочка моя! Мия!
Теплые руки, трясясь, сжимаются на моих плечах.
— Рустам, Рустам… — всхлипываю, дрожа от пережитого ужаса.
Что он мне вколол?
Что?!
Сердце стучит так быстро и сильно, будто лопнет. Я прислушиваюсь к каждому тревожному симптому в моем теле, опасаясь, что могу умереть в любой момент.
Прежде всего меня беспокоит сердце…
— Он успел, да?! Я н-ничего не понимаю, всё так быстро с-случилось, — жмусь к Айдарову, как будто он — моё единственное спасение. Так и есть.
— Если бы Эмир не закричал, я бы наверно… Я бы не поняла!
Хочу повернуться назад, чтобы оглянуться, понять, что вообще произошло, но мужчина не позволяет мне этого сделать.
— Нет, не поворачивайся, незачем туда смотреть. Просто закрой глаза и прижми к себе сына покрепче.
Малыш в моих руках почти затих. Так странно, он словно почувствовал неладное, как раз именно в этот момент проснулся и закричал. Его крик меня взбодрил и осенил.
— Он не успел Мия.
