Я встала рядом, осторожно выуживая запонки из петель и закатывая рукава до самого локтя. Какие же у него все-таки красивые руки: смуглые, твердые, жилистые. Стоило больших усилий, чтобы хотя бы ненароком не притронуться к коже. Понятия не имею, откуда у меня этот страх, но уверена, что просто с ума сойду, если сейчас дотронусь до него. Хотя именно этого мне хотелось весь сегодняшний день.
— Ты просто находка, Шпилька, - похвалил Р’ран, поймав меня за локоть, когда я уже собиралась отодвинуться. – Понятия не имею, есть ли кто-то, кто может заменить тебя в качестве моего личного секретаря.
— Уверена, что Лиза тоже была незаменимой до моего появления.
— Ты – не Лиза. К счастью, не Лиза.
— Почему к счастью?
— Потому что не лесбиянка, и я все-еще не распрощался с идеей вытрясти з тебя признание меня своих хозяином.
Я скривилась и не стала подавлять смех. Р’ран Шад’Арэн в своем репертуаре – и почему я не удивлена?
— Ты будешь очень-очень долго этого ждать, но твой оптимизм заслуживает награды за мужество!
— А твоя задница заслуживает ремня, - посокрушался он.
— К счастью, это не входит в условия нашего контракта. Но, чтобы ты не чувствовал себя совсем обделенным и в качестве моей благодарности, я, пожалуй, поцелую тебя в лоб.
— Ты это серьезно? – Р’ран игриво прищурился, посыла мне совершенно четкие игривые импульсы.
— Совершенно серьезно! – задрала нос я. В конце концов, что плохого в том, что мы немного сбросим напряжение тяжелого дня? Тем более, что это все вполне в рамках дружеского общения.
Ну, чуть больше, чем дружеского, но флирт почти невинный.
— Нет-нет, Шпилька, раз уж ты сама капитулировала, а я вообще вел себя как ангел, то никаких поцелуев в лоб. Я, знаешь ли, от таких пресных нежностей еще импотентом стану.
И вот тут у меня случилось затмение. Потому что я совершенно ясно понимала, что мне ни за что на свете нельзя целовать Р’рана. Но ничего не могла поделать с той частью себя, которая не видела ничего крамольного в простом чмоке в щеку.
И инстинкт самосохранения халтурил по-черному, не давая никаких сигналов к отступлению.
Чтобы поцеловать его в щеку, мне пришлось встать на цыпочки, а на каблуках это было почти что самоубийством. Чтобы не упасть, схватилась за рубашку у него на груди. Я собиралась просто поцеловать его в щеку, но как-то так получилось, что поцелуй угодил в уголок его улыбающихся губ. И это было... невыносимо обжигающе.
