Дед… в общем, все свободные средства в тендере тоже, а со счетов он снять не может. Ты не могла бы помочь?
Наталья слушала молча, умиляясь свекру, потом сказала:
- А ты не пробовал заработать?
Улыбка сползла с лица сына, теперь он обиженно смотрел исподлобья. Ей подумалось: «Ну, извини, сынок, ничего личного, но прежде чем лезть в бизнес, надо было прикинуть расходы». А вслух она сказала другое:
- Я тоже со счета снять не могу. Но у меня скоро выставка в Питере.
- Выставка в Питере? – эхом просил Денис, во взгляде отразилось недоверие.
– Ты все-таки…
И оглянулся на лоджию.
- Да, - она кивнула.
- Мать, но это же… - поморщился, как будто съел кислое, и спросил уже серьезно. – А отец знает?
- Отец меня не лимитирует, - сказала она. – Мы развелись. А насчет денег - если что-то продастся, я подкину тебе немного.
Некоторое время Денис смотрел на нее, потом протянул:
- Ну, я понял.
Встал с кислым видом, направился было к двери, но обернулся:
- И что, хорошо берут… это вот?
Хотелось закатить глаза, но она сказала:
- Неплохо.
- Ладно, тогда. Я пошел.
Она закрыла за ним дверь и потерла глаза.
Кажется. она только что получила от сына добро? Ха-ха… Но при условии, если это приносит доход, — тут же внес поправку здоровый цинизм. Однако и это был, можно сказать, прорыв, а со стороны Дениса чистый конформизм.
Это было смешно. Она рассмеялась и смеялась долго. Пока наконец не устала и не села прямо на тумбочку в прихожей. Уставилась на себя в зеркало.
Иногда она думала, как так вышло с детьми.
На самом деле, все было просто. Не в одночасье же произошло, а постепенно. И началось с того момента, когда они с Захаром переехали жить к его родителям в дом. Ну а там…
Наталья не любила вспоминать.
Захару это было важно, и она молча терпела. Но в доме свекров они прожили долго и в ту свою квартиру переехали, когда Арине уже было четырнадцать лет. Может, если бы они остались жить на съемной квартире и не брали у его родителей денег… В любом случае, говорить сейчас: «Вот если бы…» поздно.
Просто то, как отреагировал Денис: «А отец знает?», ее здорово напрягло.
Она-то сказала Глебу, что Проничевы больше не будут вмешиваться в ее жизнь. Но уверенности не было.
В конце концов, она махнула на это рукой.
Илья Миньковский был озадачен.
Некоторое время назад он звонил Лядову и просил передать Наталье Астаховой, что хотел бы ее видеть у себя. В то, что Прошка посмеет проигнорировать его просьбу, мэтр не верил. Значит, в точности передаст все, что он сказал.
