Капитан постучал в одну из дверей с латунной табличкой, на которой поблескивали две шестерки. Никакого ответа.
— Мистер Монтгомери! Мистер Монтгомери, это капитан Хейл. Мне надо поговорить с вами, сэр, откройте, пожалуйста, дверь.
Рул с напряжением ждал, когда откроется дверь, но ничего не происходило, а по его спине поползли мурашки.
Дж. П. Монтгомери стоял в темноте, курил толстую сигару и видел, как из кают-компании вышел капитан с одним человеком. К ним присоединились помощник капитана и еще двое, и все вместе они направились к пассажирским каютам.
Он выбросил недокуренную сигару и сжал зубы. Самый высокий из этой группы, широкоплечий и привлекательный, был Рул Дьюар.
Итак, этому ублюдку каким-то образом удалось убедить власти выпустить его из тюрьмы."
"«Бейтс», — подумал он. Этот идиот разболтал все и сдался властям. А теперь Дьюар хочет поймать его на корабле.
Но как он догадался?
Вдруг его скрутило от злости. Джеффри! Больше никому его планы не были известны! Никому, кроме его партнера, Джеффри Бернетта.
Он, в ярости проклиная себя за то, что доверился предателю, отвернулся от поручней и направился к трапу. Они не поймают его, ему всегда везет, он успеет скрыться с корабля.
А когда он окажется в безопасности, он разберется с Джеффри Бернеттом.
Убедившись, что никто за ним не следит, он тихо пробрался по палубе к трапу. Тот закачался из стороны в сторону от его веса, но никто за ним не последовал. Только он ступил на твердую пристань, как послышался женский голос:
— Стойте на месте, Монтгомери!
Он узнал этот голос.
Затем послышался зловещий звук от взводимого курка, потом темнота на миг озарилась вспышкой, раздался выстрел.
— Если вы сделаете еще хоть шаг, следующая пуля попадет в вас.
Вайолет Дьюар. Он бы рассмеялся, если бы не был так взбешен. Она что, действительно думает, что сможет остановить его?
— Положи-ка на землю свое оружие, детка, пока не поранила себя.
Монтгомери начал медленно двигаться. Изящная женщина вышла из тени в свет фонарей, ее волосы цвета меди словно ореол обрамляли личико.
Какое-то мгновение он восхищался ею. Потом он увидел в ее руках пистолет, направленный прямо в его сердце.
— Я же велела вам оставаться на месте, — повторила она.
Его челюсти сжались, и он почувствовал, как им овладевает бешенство.
— Я все равно уйду, и мы оба знаем, что ты не выстрелишь в меня.
— Мой отец производил оружие. Он научил меня стрелять, и я не боюсь спустить курок. Этот пистолет стреляет дважды, Монтгомери.
